— Поэтому Фатана выбрала меня, — тихо произнесла она.

— Думаю, да.

— Чтобы я всех спасла.

Валери не ответила сразу.

— Чтобы остановила то, что начинается.

Аннабет поставила кружку на стол чуть резче, чем собиралась.

— А если я не хочу?

Валери спокойно выдержала ее взгляд.

— Тогда не хочешь.

Такого ответа Аннабет не ожидала.

— И все?

— А что я должна сделать? Запереть тебя в пентаграмме и заставить?

Аннабет поморщилась. Шутка попала слишком точно. Валери тоже поняла это и посерьезнела.

— Фатана попросила меня помочь тебе. Не распоряжаться твоей жизнью. Что делать дальше — решать тебе.

Почему-то именно эти слова оказались последней каплей. Аннабет отодвинула тарелку. Есть больше не хотелось. Она посмотрела на Кая. На нем мысли неприятно споткнулись. Потому что именно его хотелось исключить из этого списка. Не получалось.

— Знаете, что самое мерзкое? — произнесла она. — Каждый, кого я встречаю в этом вашем магическом мире, обязательно хочет что-нибудь от меня получить. Аластору нужна сила Фатаны. Адриану — преимущество, которое эта сила может ему дать. Алише вообще захотелось забрать ее себе. — Аннабет помолчала и посмотрела на Кая. — А ты хотел, чтобы меня вообще не осталось. Тебе нужна была Фатана в моем теле.

Кай встретил ее взгляд. На этот раз он не усмехнулся и не попытался превратить все в шутку. Потому что Аннабет сказала правду. Он выдержал эту бурю. Она отвернулась первой.

— И теперь выясняется, что именно я должна спасать весь этот замечательный мир.

— Не должна, — спокойно сказала Валери. — Фатана сказала, что ты сможешь. Решать, что делать с этой возможностью, будешь ты.

Аннабет невесело усмехнулась.

— Хоть кто-то наконец решил спросить меня.

Аннабет поблагодарила Валери за завтрак и помощь, после чего поднялась из-за стола. Ей хотелось хотя бы ненадолго остаться одной, без разговоров о Фатане, Договоре, грядущей войне и предназначении, которое кто-то снова успел придумать для нее.

Валери показала, где находится ванная, выдала чистое полотенце и даже нашла новую зубную щетку. Последнее почему-то тронуло Аннабет едва ли не сильнее всего остального. После нескольких дней, в течение которых ее похищали, убивали, возвращали к жизни, пытались использовать и лишить силы, обычная зубная щетка казалась невероятной роскошью.

Она закрыла дверь, разделась и встала под горячую воду. Первые несколько минут Аннабет просто стояла, подставив лицо струям и позволяя теплу медленно расслаблять измученное тело. Вода стекала по волосам, плечам, смывала остатки земли и запах леса, а вместе с ними хотелось смыть и все, что произошло за последние дни.

Мысли снова вернулись к Каю. Аннабет закрыла глаза. Вот с ним все было сложнее.

Она прекрасно помнила, кем была для него вначале: сосудом, телом, которое должно умереть, чтобы вернулась любимая богиня.

Об этом стоило вспоминать каждый раз, когда рядом с ним становилось слишком спокойно. Только Кай почему-то продолжал все портить: оставался рядом, учился вместе с ней терпению, пока она в сотый раз пыталась правильно собрать заклинание. Приносил еду, находил книги, бесил, провоцировал и совершенно бессовестно пользовался тем, что нравился ей. Он же прекрасно это чувствовал. И вчера, едва придя в сознание, первым делом пошел к ней.

Аннабет прислонилась лбом к прохладной плитке. Вот это и было проблемой.

Из-за Фатаны? Или все-таки… Нет. Шансов у меня нет.

Эта мысль болезненно кольнула. Может быть, все было гораздо проще, чем ей хотелось думать. В ней находилась часть женщины, которую Кай любил веками. Иногда эта сила смотрела на него ее глазами, отзывалась на прикосновения, прорывалась золотыми искрами. Возможно, демон держался рядом только поэтому. Возможно, заботясь об Аннабет, он на самом деле продолжал заботиться о той, кого потерял.

А ей очень хотелось верить, что хотя бы немного — о ней самой. Аннабет резко открыла глаза. Вот это было хуже всего, потому что благодарностью то, что она чувствовала к Каю, уже давно не было. И неизвестно еще, что хуже: влюбиться в демона или в демона, который несколько недель назад собирался убить тебя ради другой женщины.

Аннабет прибавила горячую воду.

Прекрасно.

После Макса ей вообще стоило бы перестать доверять людям. После Аластора, Адриана и Алиши — окончательно убедиться, что это хорошая идея. Правда, Кай и человеком-то не был. Почему-то от этой мысли стало еще хуже.

Аннабет закрыла глаза и подставила лицо горячим струям. Оставалось только понять, почему при мысли о том, что придется перестать верить Каю, становилось больнее всего.

Глава 20

Мысль о Кае оказалась последней. Аннабет еще несколько секунд стояла под горячей водой, упрямо моргая и пытаясь взять себя в руки. Нужно было закончить душ, одеться и вернуться к Валери и решить, что делать дальше. Только Аннабет понятия не имела, что именно. Губы задрожали сами собой. Она шумно вдохнула, попыталась подавить первый всхлип, но вместо этого разревелась.