Маркин спросил:

–  Андрей Викторович, подождете? Мы посмотрим несколько мест. Всего-то на час работы. Хорошо?

–  Хорошо. Спасибо, ребята.

"Рафик" уехал. Рахманов прошел на территорию базы, вошел в домик. Сидевший у телевизора Голиков обернулся:

–  Как, Андрей Викторович? Закончили?

–  Почти. Сейчас ребят дождусь, и поедем.

–  Садитесь, посмотрим телевизор. Как раз эстрадная передача. Отдохните.

–  Спасибо. - Рахманов сел в кресло. Он почти ничего не воспринимал, ни оркестра, ни того, что происходило на экране.

Голиков покосился:

–  Андрей Викторович, может, останетесь у меня. А? Места хватит. Что вам ехать-то в ночь?

–  Спасибо, Николай Иванович. Все же мы поедем. Дома лучше.

–  Ну как хотите. Но если что - пожалуйста.

Голиков отвернулся, целиком переключившись на концерт.

Минут через сорок Рахманов услышал шум мотора. Тут же звук стих. Кажется, "рафик". Вскоре раздались шаги, и в дверь заглянул водитель:

–  Андрей Викторович, можно вас?

Рахманов вышел из домика:

–  Ну что? Ничего не нашли?

–  Наоборот, нашли. - В лунном свете можно было разглядеть: водитель устало щурится. - Просили, чтоб вы подъехали.

–  Ты не шутишь?

–  Какие шутки? - Водитель моргнул. Он был совсем молод, не старше двадцати пяти. - Нашли они эту гильзу. В камышах. Боятся место потерять. Поедем?

–  Поедем. - Пройдя за водителем, Рахманов сел в "рафик". Спросил, после того как Алексей повернул ключ: - Далеко это отсюда?

–  Метров пятьсот. Может, чуть меньше.

Водитель дал газ. Мимо поплыли колышащиеся под лунным светом камыши. Свет фар плясал на увядшей траве, изредка перескакивая на кусты и деревья. Наконец, после поворота и резкой остановки, фары уткнулись в берег. Стоящий перед зарослями Пильгунов поднял руку, загораживаясь от света.

Выйдя из машины, Рахманов подошел к Пильгунову. Тот крикнул:

–  Леш, выключи свет! У меня фонарик!

Фары погасли. Пильгунов полез в карман. Достав гильзу, оставил ее на раскрытой ладони. Посветил фонариком:

–  Вот она, голубушка. По виду калибр тот самый. Да и цифры те же.

Рахманов взял гильзу. Внимательно осмотрел. Достал из кармана одну из найденных на клумбе, положил обе на ладонь. Без сомнения, это были гильзы-близнецы.

–  Где вы ее нашли?

Пильгунов обернулся, показал:

–  Вон там. Там полоска есть песчаная. Идеальный пляж. Миша эту полоску раньше не знал. Там металла вообще не оказалось. Кроме этой гильзы. Чистое место.

–  Ясно, Олег, для начала надо все сфотографировать. Ну а потом подождать утра и продолжить поиски уже при свете.

–  Понятно... Насколько я понял, вы хотите найти что-то еще? Причем не гильзу?

–  Угадал. Не гильзу.

Пильгунов пошел к "рафику". Вернувшись с фотоаппаратом, снабженным вспышкой, разложил на песке чистый холст. Снял на нем найденную гильзу сначала отдельно, потом рядом с гильзами, обнаруженными на клумбе. Затем Рахманов вместе с Пильгуновым пробрался сквозь камыши к Маркину. Пока Пильгунов снимал общие планы, огляделся.

Место, где нашли гильзу, было обычной песчаной полоской, почти со всех сторон окруженной камышами и осокой и имевшей совсем небольшой выход к чистой воде. Определить точные размеры в темноте было трудно, но Рахманову показалось: песок занимал не больше десяти метров в длину и двух в ширину. Присев и посветив фонариком, Маркин показал место, где зуммер металлоискателя изменил тон, указав на наличие металла. Место это, сейчас огражденное вешками, было в камышах, примерно в полуметре от чистого песка. По словам Маркина, гильза была чуть присыпана песком, нанесенным ветром.

Когда Пильгунов сделал все снимки, отметили место вешками, запомнили расположение ближайших деревьев и поехали на базу. Поскольку шел первый час ночи, решили лечь спать и продолжить поиски утром, с рассветом.

Опознание

К песчаной полоске группа подъехала к семи утра. Начинало светать, после прошедшего ночью дождя небо было затянуто тучами. Выйдя из "рафика", Рахманов посмотрел на берег. Все поставленные вчера вешки - на месте, в стене камыша темнеет протоптанная ночью тропинка. Место глухое. Если на этой крохотной полоске песка действительно выстрелили в кого-то из пистолета, этот "кто-то", скорее всего, остался здесь, и его труп лежит сейчас где-то неподалеку, возможно, в окружающих проплешину камышах. Оглядев группу, Рахманов негромко распорядился:

–  Ребята, давайте за мной, все трое. Придется полазить по камышам. Пошли.

Добравшись вместе с группой по песчаной полоске, пояснил:

–  Думаю, все понимают: раз мы нашли здесь гильзу, значит, здесь в кого-то стреляли из пистолета. И похоже, не в чайку и не в ворону.

–  Ищем труп? - спросил Пильгунов.

–  Да. Или место, где может быть зарыт труп.

Пильгунов, Маркин и водитель разошлись по камышам. Сам Рахманов около десяти минут безуспешно продирался в самый дальний конец зарослей. После первых же шагов ботинки и брюки внизу насквозь промокли. Он весь вымок бы до нитки, если бы его не остановил крик Пильгунова: