–  Все. - Жильцов посмотрел на часы. - Полчетвертого, самое время. Пойду?

–  Иди. Только... - Рахманов усмехнулся. - Один вопрос.

–  Слушаю.

–  В Сухуми, во время последнего с тобой разговора, Люка, как ты думаешь, не темнил?

–  С Крыжем?

–  Не столько с Крыжем, сколько с Шеленковым.

–  Понимаю. - Жильцов помолчал. - От Крыжа Люка отказался. Мол, никогда такого не видел. Шеленкова признал. Сказал, что в машину к нему садился именно этот человек. Вы считаете, Люка мог темнить? С Шеленковым?

–  Тут есть нюанс. Мне важно знать: действительно ли Люка признал в Шеленкове зычару? Авторитета? Или Люка в этом сомневался? Тебе же наплел для понта.

Жильцов хмыкнул:

–  Люка не тот человек, чтобы сомневаться в таких вещах. На горло или на гоп-стоп его не возьмешь. Это первое. Насчет же понта, с которым он мог мне все это наплести, - не думаю. Я ведь тоже человек тертый. Нет, Андрей Викторович. Люка не темнил. Человек, узнавший у него об Азизове, был блатняком. Убойным. Поэтому Люку и пробрал мандраж. Люка и бровью не повел бы, будь другой вариант.

Рахманов отвел взгляд в окно, вздохнул:

–  Ясно. Видишь ли, я было подумал: собака лаяла совсем на другую тень. Но выходит, она действительно лаяла на собственную.

Рахманов замолчал, Жильцов терпеливо ждал. Наконец Рахманов обратился к нему:

–  Виталий, есть у меня идея обыскать эту мастерскую. Как ты считаешь?

–  Не знаю. Неожиданно как-то. У вас что, виды на нее?

–  Виды могут появиться после того, как я съезжу на Сенеж. С металлоискателем. Хотя могут и не появиться. С другой стороны, если упустить время, можно все прозевать.

–  Давайте обыщем. Мы ведь ничего не потеряем.

–  Неизвестно. Может и потеряем. Подожди, я подумаю. - Посидев немного, вздохнул. - Ладно. Пойдем на риск.

–  Будем обыскивать?

–  Да. Причем прямо сейчас. Обоснование на санкцию у нас есть: показания Медновой о мастерской Глинского и отсутствие таковых у Лотарева и Чиркова. Только не все так просто. Обыска никто не должен заметить. Как? Сумеешь?

–  Андрей Викторович, постараюсь. Сделаем все тихо. А что там может быть? Хотя бы приблизительно?

–  Клянусь, понятия не имею. Все пока на голом месте. Может, найду что-то на Сенеже. Но пока - пустота. Ладно, действуй. А я позвоню прокурору насчет санкции.

Жильцов ушел. Позвонив прокурору и получив разрешение на обыск, Рахманов посмотрел в окно. Зеленый "рафик" ПКЛ* стоял у подъезда. Пора было ехать на Сенеж.

______________

* ПКЛ - передвижная криминалистическая лаборатория. Располагается обычно в машинах типа РАФ.

После того как Рахманов сел в "рафик", Пильгунов, тридцатипятилетний здоровяк, спросил:

–  Что хоть будем искать, Андрей Викторович? Просветите.

Рахманов усмехнулся:

–  Олег, представляешь, я до сих пор не уверен, что мы будем что-то искать. Серьезно. Так что учти: может мы едем зря.

–  Ничего себе. А я бутербродов набрал полную сумку. На два дня.

–  Не волнуйся, бутерброды не пропадут. Искать же будем, скорее всего, медную гильзу. От пистолета калибра 6,35.

Поиски гильзы

Промчавшись по Ленинградскому шоссе, а затем попетляв по уже знакомой Рахманову проселочной дороге, ПКЛ остановился у ворот "Рыболова Сенежья". Молодой Дик грозно залаял, гремя цепью. Сидящий на скамейке у причала Маркин встал, помахал рукой.

Спрыгнув на землю, Рахманов и Пильгунов посмотрели на небо. Наверху плыли редкие облака, но в общем день обещал быть ясным.

–  Простояло бы так до вечера, - сказал Пильгунов. - Хуже нет работать в дождь.

–  Сейчас познакомлю тебя с местным участковым. Работать будешь с ним.

–  Давайте. Что, доставать металлоискатель?

–  Подожди. Сначала проведем небольшой эксперимент.

Познакомив Пильгунова с подошедшими Маркиным и Голиковым, Рахманов обратился к сторожу:

–  Николай Иванович, вы откуда взяли собаку? Из питомника?

–  Из питомника.

–  То есть она обучена, команды "Нюхай!", "Апорт!" знает?

–  Конечно. Я и здесь ее подучиваю изредка. Чтоб не забыла.

–  Отлично. Теперь покажите-ка нам то место, где стоял с этюдником тот парень. Молодой художник. Помните, я о нем расспрашивал?

–  Помню. - Голиков оглянулся. - Вон там он стоял. Сразу же за забором. У воды. Показать точно?

–  Да, пожалуйста.

Выйдя вместе с Рахмановым за ворота и пройдя вдоль ограды, сторож подошел к воде. Встал примерно в метре от металлической сетки. Сделав несколько шагов от берега, остановился. Посмотрел на Рахманова: