Шрифт:
В чате всплыла строчка, и не в общем канале, а в личном.
«Ден. Что это сейчас было? Тебя стало… больше. Я чувствую», — написала Лиза.
«Прикончили одного Охотника. Его груз теперь мой. Все нормально», — ответил я.
— Ты видел? — Кема стоял над тушей, и чешуя на его загривке ходила волнами, а из ноздрей толчками выходил красный пар. — Мы убили сборщика. Мой народ не убил ни одного за всю Жатву. Ни одного…
— Запиши его первым, — сказал я, поднявшись с пепла.
Кема разглядывал тушу, его радость была такой громкой, что и мне передалось. А потом я перечитал последнюю строчку системки: «Приоритет сбора: повышен» — и понял, что радоваться рано. Система не обиделась из-за убитого, она просто пересчитала свою накладную. В начале Жатвы меня засыпали бы бонусами!
— Правила изменились, — сказал я всем, кто меня слышал, а тем, кто не слышал, написал: — Будьте готовы ко всему'.
Мысли лихорадочно закрутились в поисках ответа, что теперь делать.
— Пусть идут сюда, — отозвался Кема, сел на корточки и вспорол брюхо сборщика, завоняло гнилью. Видимо, у них это — посмертное унижение поверженного врага.
Подтверждение моих опасений появилось через четверть часа: Гора снялся с места, двинулся к горному хребту, принялся его штурмовать. Грохот стоял, словно без остановки происходила детонация снарядов.
«Игорь, купол закрыть, все внутрь, турели на максимум. — написал я. — К вам идет сборщик размером с гору, лезет через хребет».
Что будет, когда он доберется? Купол продержится минут пять. База будет разрушена. Что произойдет с людьми в убежище? Скорее всего, с разрушением базы оно перестанет существовать. Чем я могу помочь базе? Да ничем, продлю агонию на пару минут.
У меня есть «Ярость», титан-форма, аномалия за спиной… Три козыря, и все одноразовые.
Я уже прикидывал, доберусь ли до базы быстрее Горы, когда карта мигнула.
Из моря к базе наперерез Горе двигалась знакомая зеленая метка 85-го уровня.
Виракоча выходил на берег навстречу Охотнику.
Глава 24
Он знал, что делает
Как ни крути, нужно было защищать базу. Встал вопрос, как туда добираться: пешком под «Ветром» или на «сузучке». Скорость получится одинаковая с единственной разницей, что под «Ветром» я ушатаюсь, и способность начнет жрать ресурс, который очень пригодится в бою. Значит, придется забрать машину у новеньких и рвать к своим на всех парах.
Я собрал новеньких в один чат и написал им: «Оставаться на месте. Если придет Охотник, прятаться на пустоши, там вы невидимы для него». А сам параллельно рванул к машине, подхватив Кроша, посадил его на переднее сиденье и стартанул, поднимая облако пыли.
Профиль кота я открыл на ходу и выругался. «Боевая трансформация» висела на откате — я сжег ее меньше часа назад, на Тихаре, и до конца оставались почти сутки. В драке с Горой Крош был мне бесполезен, а под ногами — вреден.
Параллельно велел нашим: «Всем на базе: из-под купола не выходить, к вам идет Охотник, к нему ломится Виракоча, попытается его остановить. Анна — ждать приказа. Макс, приказываю оставаться на месте».
По городу быстро ехать не получалось из-за завалов, но на трассе дело пошло быстрее.
«Так точно», — ответил Макс. Казалось, недовольство пробивается даже сквозь буквы.
«Ден, я вижу поле с гряды, — вклинился Тетыща. — Титан точно играет за нас?»
«Точка зеленая. Так обозначаются свои», — ответил я и, ругнувшись, сбавил скорость.
Чертов серпантин! Тут не погоняешь, хреновы петли.
На крутых поворотах Крош прижимался к сиденью и шипел.
«Они сошлись», — отчитался Тетыща, и я ударил по газам, срезая поворот. Машина чуть не перевернулась, она очень паршиво входила в повороты.
«Огонь по сборщику из всех орудий», — велел я Ситникову, влетая в тоннель.
Когда выехал, всмотрелся в горизонт, но не увидел гигантов. Пролетел разбитую заправку, вглядываясь вдаль.
«Дерутся, — сообщил Ситников. — Бьем по чужаку, стоя на границе купола. Эффект нулевой. Виракоча наносит минимальный урон».
Я утопил педаль газа в пол. Им нужна моя способность видеть слабые места сборщика. Интересно, что я не приказывал Виракоче вступать в бой. Наоборот, велел быть возле Мигеля, чтобы сбить Охотников с толку. Выходит, он принял самостоятельное решение?