— Не знаю, Илья. Она что-то шептала, водя костью над краем ямы. А потом посох сам оттуда вылетел и примагнитился к кости. Довольно эффективно. Магия. Я не разбираюсь.

Морт при этой речи Шора несколько раз ощутимо дернулся, но, о диво-дивное, промолчал. Просто взлетел и пропал из поля зрения.

— Ладно, уходим, — я оглядел своё «воинство» и вздохнул.

— Идите, ребятки, я догоню, — Ингвар махнул рукой. — Надо здесь кой-чего прибрать. Морт проводит до лагеря, да, ксар?

Откуда-то сверху донеслось хриплое уханье.

Я смотрел, как Шор пытается разжечь костёр. Его зажигалка нормально работала, однако отсыревшие ветви всё никак не хотели разгораться. Шайя с Шерочкой отправились на охоту. Ингвар задерживался. Оставшиеся умели разжигать костёр не лучше, чем шимпанзе способна читать Льва Толстого. Альва ёжилась под своим балахоном — её знобило. Наконец, после очередной бесплодной попытки, она зло выплюнула:

— Агни-та!

Сложенная шалашом растопка разом вспыхнула бездымным пламенем. Облачко пара взлетело вверх. Шор отшатнулся, слегка подкоптился наш ящер. Нормальная такая девочка-зажигалочка с нами путешествует. Интересно, она может на человеке так одежду поджечь? Или вообще человека? Меня-то — скорее всего нет. Опасная дамочка альвийского происхождения.

Шор занялся костром, а я пошёл прогуляться. Рука всё ещё болела. Да и в целом я себя чувствовал как будто меня в стиральной машинке отжимали. Непростой день был.

Небо потемнело. На полотне небосвода проступили очертания Знака Мантикоры. Редколесье вокруг было на редкость тихим. Не шуршали зверушки, птички не пели. Только нудное жужжание насекомых немного оживляло мёртвую тишину старого города. Я присел на обломок колонны метрах в ста от лагеря, тщательно проверив поверхность на наличие плесени. Пока мы возились в руинах, здесь снова прошёл дождь. Камень был холодным и влажным. Я сидел, прокручивая в голове план будущей беседы. Я никогда никем, кроме себя, не руководил особо. Разве что несколько раз капитаном сборной был. Нынешний мой «сборный зоопарк» как раз похожий случай.

Сверху, прерывая мои размышления и разрывая благословенную тишину, спикировал Морт.

— Гля чо, гля чо, — забормотал он негромко, шныряя механическим глазом из стороны в сторону. — Эта стерва — Знающая! Дождёмся, как уснёт, и надо ей горло перерезать, Илья, мочить-убивать!

— Ты заколебал уже, белка-истеричка. Я вообще ни слова из твоего бреда не понял опять. Что опять стряслось? Где горит? Что за знающая, почему перерезать?

— Ты чо! Она не просто магичка. Она Знает Слова! Это… пихать-копать. Ты че тупой такой? Это ж мы такую змею пригрели на макушке! Она так и посох вытащила. Просто позвала железяку, ты понял чо!

— Могучее колдунство? И что теперь? Назад ей ходу нет. К людям она тоже прибиться вряд ли сможет со своим характером. Ещё хуже тебя, ей-богу. Куда ей деваться-то, Морт? Ну, знающая. Нам же лучше. С чего такая паника?

— То, что ты не можешь контролировать, гля чо, ты должен избегать или уничтожить, копать-хоронить. Главнейший жизненный принцип, Илья, ни разу не подводил ещё! Понял, гля? Твоя пустотность против Слов — тьфу. Не пляшет.

— Вот собери свою стаю ксаров и там эти правила устанавливай. А я, пожалуй, рискну.

— Ничо, ничо. Вспомнишь потом слова папки, как кровавыми слезами умоешься, собственными кишками заедая, пилить-строгать. Да поздно будет.

И Морт, выдав «мёртвую петлю», канул в ночную тьму.

Я оглядел собравшихся вокруг костра членов команды. Какой бы ни был мир, какие бы странные существа меня ни окружали — огонь в ночи всегда создаёт «магический круг». Все стремятся сесть потеснее. Огонь в походе — защитник, кормилец и источник света. За освещённой границей клубятся серые тени. Бродит невидимое зло. Ночь темна и полна ужасов. Но огонь выполняет роль живой преграды против хтонических чудовищ. Думаю, дар Прометея был самой главной вехой в истории развития человечества.

Отблески костра отражались в фосфоресцирующих глазах Айвены. Заставляли Шайю щуриться и смотреть искоса. Плясали в широко распахнутых глазах Шора. Углубляли морщины на лице Ингвара. Тени скользили по телам и лицам, добавляя к происходящему толику тёмного волшебства.

Мне вся эта картинка напомнила дебильную передачу, где участники шоу собрались якобы на необитаемом тропическом острове. Там тоже такие посиделки у костра показывали, где роль вождя брал на себя ведущий. И кого-то они вышвыривали из своей теплой тропической компании обратно в холодную Россию. Но мы никого изгонять не будем. По крайней мере, не сегодня. Я тут вождь, ипатий коловрат! Сейчас и посмотрим, надолго ли.

Я прокашлялся и заговорил:

— Шайя, сними амулет. Убери в коробочку.

Я обещал, что маг сможет наблюдать за пустотником, но не обещал, что он будет присутствовать при наших совещаниях. Нехрен ему уши греть.

Шайя убрала талисман. Можно начинать.

— Я сегодня принял решение, что мне делать дальше. Хочу узнать у вас: вы со мной или разбегаемся своими путями. Для тех, кто останется, у меня есть несколько вопросов, чтобы определиться с тактикой и понять, насколько я вообще смогу потянуть то, что задумал. Я всё равно попытаюсь. Но буду благодарен за совет. Сразу, для Морта, совет: «бежим, гля!» не принимается!