Private-Bookers
Точка отсчета
вернуться

Васильев Андрей Александрович

Шрифт:

— Тебе легко говорить, а у меня от этой лирики только дополнительная головная боль. И без того мы с медиумами не сильно ладим, а тут еще наш Ромео отметился.

Речь шла про стремительно разворачивающийся роман Баженова и Аглаи, доброй и милой девушки, которая приходилась дочерью Анне Алексеевне Рощиной, одному из трех обитающих в Москве истинных медиумов. Истинному — то есть не тому, который по телевизору руками водит, перемежая сие действо воплями вроде «зрю», а настоящему, способному видеть прошлое и даже будущее.

Аглая из сначала неуклюжего подростка, а после привлекательной барышни к восемнадцати годам превратилась в ослепительную красавицу из числа тех, про которых говорят «глаз не отвести». Впрочем, помимо этого, она еще и в профессиональном плане подавала огромные надежды — по крайней мере, ее мама была уверена, что со временем талант дочери превзойдет ее собственный.

И все бы ничего, но Баженов, который на Аглаю глаз положил с давних времен после того, как та миновала совершеннолетие, принялся за ней ухаживать. Причем не в своей привычной манере, той, которая укладывалась в формулу «ну чего, пивка и ко мне», а красиво, с цветами, походами в кино и прогулками по Москве. Сначала Олег все это серьезно не воспринимал, разумеется, но после того, как Славян начал менять футболки каждый день, а не носить их неделями, и верной «косухе» предпочел пристойную и даже нигде не заляпанную кетчупом или чьей-то кровью куртку, всерьез проникся ситуацией, поверив, что его давний друг, похоже, всерьез влюбился.

Опять же — да и ладно. Раз хорошо людям друг с другом, так и славно. Но тут в дело вмешалась мама Аглаи, которой не очень понравилось, что ее дочь всерьез увлеклась Баженовым. Привязанность ее дочери к Славяну, та, что когда-то ей воспринималась как юношеская блажь, сейчас начала принимать вполне реальную форму, ведущую к весьма неприятным последствиям, и дело тут было даже не в возрастной разнице, в мире Ночи это вообще величина относительная. Все знали историю о том, как вурдалак Аристарх, который Ивана Грозного помнил, в девятнадцатом веке с одной юной ведьмой амуры крутил, причем с его стороны все было вполне серьезно. С ее, правда, не очень, отчего в результате обескровленный труп юной и, увы, легкомысленной прелестницы был обнаружен городовыми на берегу Яузы.

Нет, Анну Алексеевну не устраивало то, кем работает избранник ее дочери. Она прекрасно знала, кто такие милиционеры с Сухаревки и чем они занимаются, потому прекрасно осознавала, как именно эти отношения могут кончиться. Добро еще, если смертью Славяна и разбитым сердцем Аглаи, — это ладно. Но ведь может быть и хуже, может выйти так, что его через нее захотят прижать.

Да и финансово потенциальный зять был, мягко говоря, не сильно обеспечен, не говоря уж о том, что у него отсутствует личная жилплощадь.

Вот какой матери такое счастье надо?

Отношения с Анной Алексеевной стремительно ухудшались, а с учетом того, что два других медиума отдельских на нюх не переносили, Морозов и компания в ближайшем времени могли потерять один из своих рабочих инструментов. Да, не самый важный и эффективный, но все же? Опять же, по городу могли поползти неприятные слухи, а они никому никогда не нужны.

— Саш, пусть это будет нашей самой большой проблемой, — произнес Ровнин, снова вставая со стула. — Да и потом — от встреч под луной до ЗАГСа дорога длинная. Да и не слыхал я о том, чтобы сотрудники отдела на подопечных женились, и приказы руководства, думаю, тут ни при чем. Есть у меня ощущение, что такие браки некто другой останавливает.

— Чего?

— Того! — И Ровнин опять ткнул указательным пальцем руки в направлении потолка. — Тот, кто за нами присматривает.

— Было такое, — возразил Морозов. — В девятнадцатом веке один из наших на ведьме женился. Она силу свою в гвоздь загнала, и ее после этого из ковена выгнали. И в двадцатых годах один парень с волкодлачкой законным браком сочетался, мне тетя Паша рассказывала. Но там все плохо кончилось, парень «ходоком» оказался, вскорости с какой-то девкой жене изменил, та их застукала, плюнула на мнение товарища Коллонтай о том, что свободная любовь есть достижение революции, обоих порвала на лоскуты и из города сбежала.

— Не знал, — впечатлился услышанным Олег, — но интересно.

— Чего ж тут интересного? Этот засранец и сам погиб, и девку какую-то под смерть подвел, и с волкодлаками отношения наверняка здорово испортил. Ясно же, что вожак стаи озверел после случившегося.

— Сам факт любопытен. Ладно, пойду. Если что новое узнаю — позвоню.

— Ключи вернуть не забудь! — рявкнул Морозов. — Где взял — туда положь! И перстень потом тоже.

В антикварной лавке, как всегда, было тихо, мирно и покойно. Олегу вообще тут очень нравилось именно поэтому. За окнами шумел мир, в котором все ежеминутно менялось, а тут время остановилось, казалось, навсегда. Кстати, возможно, именно поэтому, приходя сюда, Ровнин всякий раз ощущал себя тем самым юношей, который тут впервые оказался уже почти десять лет назад. Там, за дверью, он тот, которым стал, а здесь — тот, которым когда-то был.

— Мишенька, у нас гость, — выглянув в торговый зал, произнес сухенький старичок в очках на носу. — Да какой! Добрый день, Олег!

— Да уж скоро вечер, — широко улыбнувшись, возразил оперативник, подходя к антиквару, который, кстати, тоже совершенно не изменился за прошедшие годы. — Приветствую вас, Вениамин Ильич. И вам, Михаил Игнатьевич, мое почтение.

— А мы как раз чайком решили побаловаться, — сообщил ему второй антиквар, щекастый и пузатый. — Как знали! Надеюсь, ты разделишь с нами трапезу?

  • Читать дальше
  • 1
  • ...
  • 4
  • 5
  • 6
  • 7
  • 8
  • 9
  • 10
  • 11
  • 12
  • 13
  • 14
  • ...

Private-Bookers - русскоязычная библиотека для чтения онлайн. Здесь удобно открывать книги с телефона и ПК, возвращаться к сохраненной странице и держать любимые произведения под рукой. Материалы добавляются пользователями; если считаете, что ваши права нарушены, воспользуйтесь формой обратной связи.

Полезные ссылки

  • Моя полка