— Который тебе еще очень долго придется ждать, — сказал вернувшийся старший бог. — Всю энергию у вас я реквизирую на восстановление баланса.

— Но у меня почему? — возмутился божок. — Это же они нарушили. А я был честен. Я никого не просил взрывать реликвии. Это он сам. Накажи его, а не меня, так будет справедливо.

— Справедливо наказывать человека, борющегося за свой мир? Мне кажется, нет.

— Ты его еще награди.

— Награждать его не буду, он от тебя достаточно получил.

Я уже не думал о награде, только о том, как уйти отсюда живым. Мне казалось, лучше награды и не надо.

Тем временем старший бог направил руку к младшему и потянул от него энергию, которая мощным потоком вытекала и перетекала куда-то дальше. Может, в хранилище старшего бога, может — на восстановление баланса. Когда перекачка закончилась, старший вышвырнул младшего куда-то далеко за спину и остался наедине со мной.

— Возможность принимать Скверну людьми будет убрана, — сказал он. — Даже у тех, кто имеет ее сейчас. Скверне не место среди людей.

— Если вы оставите присматривать за нами своих учеников, уважаемый высший, то рано или поздно мы придем к той же ситуации, — сказал я.

— Возможность влиять на это место у них будет заблокирована.

— А энергия? Не будет ли перетекать к ним энергия от реликвий? — забеспокоился я. — И как сделать, чтобы не нужны были кровавые жертвы?

— Вообще без крови обойтись не выйдет. Она отвечает за привязку к конкретному человеку. Но там нужно всего лишь несколько капель. Укрепление реликвии должно идти за счет энергии мира, направляемой тем, кто отвечает за реликвии на стороне людей. Он проводник. Эта система была нарушена. Я ее восстановлю.

— А разбитые реликвии?

— Они начнут работать сразу после восстановления. Восстанавливать придется прежним методом: с жертвами. Но далее привязанная реликвия будет поглощать энергию сама из владельца, забирая у него примерно один процент энергии ежедневно. Реликвию той стороны я восстановил сам. У нее не было привязки, а теперь уже не будет. Теперь о тебе.

— Мне не нужна дополнительная награда, — торопливо сказал я, пока этот бог не заявил, что меня проще будет убить, поскольку именно я виноват в нарушении баланса. — То, что вы пообещали сделать, это много больше того, на что я мог бы рассчитывать. И я вам благодарен так, как не был благодарен вашему ученику ни за один выданный мне навык.

— Хорошо, — сказал он. — Но я хотел говорить с тобой не про это. А про то, что с тобой делать вообще. Непозволительно использовать неочистившиеся души.

— Я нынче плоть от плоти этого мира, — возразил я. — О прошлом часть воспоминаний у меня стерлась, а в этом у меня семья, друзья, княжество. Мне есть за что бороться и ради чего жить. И если я что-то нарушил, то не со зла, а по незнанию.

— Хорошо. Я оставлю тебя без изменений, в том числе и все навыки, которые ты получил, останутся при тебе, — решил он. — Но моим условием будет следующее требование. Твоя семья отныне будет единственным связующим звеном между мной и этим миром. При необходимости моего вмешательства кто-то из вас должен прийти и использовать Воззвание к Богу, можно без кристалла, отвечу на него только я, остальные будут отключены от Лабиринта. И вам не следует ждать, когда опять что-то где-то взорвут. Любое нарушение гармонии — и вы идете в Лабиринт с докладом.

— Понятно?

— Не совсем, уважаемый высший. А что будет, если я вас случайно побеспокою из-за ерунды?

— В моем мире ерунды для меня нет, — отрезал он. — Иди.

Он пропал, зато дверь появилась, в которую я сразу ломанулся. Чтобы я еще раз появился в Лабиринте? Ни за что. Теперь, когда я окончательно отделался от всех божественных поручений, кроме разве что восстановления реликвий, можно было вообще забыть об этом сложном артефакте связи с богами.

Выйдя из Лабиринта, я с удовольствием вдохнул холодный воздух, ощущая себя живым и свободным. И исчезло то внутреннее давление долга, которое я чувствовал постоянно с момента появления в этом мире. Всё, я больше никому и ничего не должен. У меня были Наташа, Коля и мое княжество, в котором предстояло сделать очень и очень много.

Я поднял голову к небу. Был ли бог где-то там? Кто знает. В любом случае больше никаких богов, Лабиринтов и божественных поручений. Только семья. Только княжество. Только жизнь — своя, а не отданная кому-то в аренду.