– Ночью летать - это что-то...
– начала, было, Ольга.

– Оль, ты о деле сначала - охотники там? Пакет им бросила, как следует - чтоб увидели?

– Я вначале вообще никого не нашла - наверное, кругов пять над домом сделала. Потом села на крышу веранды - подальше от уличных фонарей, а то глазам больно. Присела и сразу чувствую - запах табачного дыма. Я его и человеком не переношу, а уж совой - такая чудовищная вонь! Видимо, я громко села, поскольку из веранды кто-то выскочил и начал меня красным фонариком слепить...

– Блин, это лазерный прицел был - скажи спасибо, что не попали дротиком, - со знанием дела заявил отец Клима.

– Ну, я так и поняла, что выскочивший - это охотник. Я спикировала на него и пакетом ему по голове треснула - так что он его не мог не увидеть. Товарищ был бородат и, кажется, немного струхнул...

– Молодчина!
– похвалил её отец Клима.
– Но пикировать и по голове бить - это излишний риск...

– Может, поэтому он по ней и не попали, что спикировала, - невозмутимо возразила Варвара.
– Нападение - лучшая защита!

Мать Клима встретила их сонной. Хотя вернувшиеся были возбуждены, но решили завтрашнюю операцию обсудить утром. Все разошлись по комнатам. Но через полчаса в комнату Клима постучал отец:

– Не спишь ещё? Открой, разговор есть.

Клим впустил отца, который нёс в руке спортивную сумку. Он почему-то озирался и долго дёргал ручку, проверяя, хорошо ли за ним закрыта дверь. Потом уселся на шаткий стул и достал из сумки небольшой автомат. Показал сыну и сказал с плохо скрываемым торжеством:

– Вот, полюбуйся! И у меня есть определенные успехи - только что сам сделал. Ты знаешь, что это?

Клим пожал плечами:

– Автомат какой-то...

– Не просто какой-то, а страшная штука для любого, кто посмеет на нас напасть. Сын, ты уже достаточно взрослый и тебе придётся обращаться с оружием. Завтра мы с тобой смотаемся в лес и устроим небольшое стрельбище. Оставим пока эту штуку у тебя, а то девушки у нас очень пугливые - могут не одобрить. И матери тоже пока не надо говорить...

– Пап, я не хочу никого убивать...

– Клим!
– отец повысил голос, но тут же осёкся и зачем-то посмотрел по сторонам.
– Ситуация уже не зависит от твоего "хочу". Если не ты, то тебя - неужели не понятно? Что за пацифизм в отношении убийц и отморозков?

Отец с лёгкой ухмылкой аккуратно провёл рукой по лежащему на коленях автомату. Клим увидел в этой ухмылке недавнее радостное возбуждение, которое царило при их совместных тренировках. Неужели нужно менять отношение к жизни, если все родственники воспринимают происходящее, как увлекательное приключение, и только он, Клим, ломает голову над тем, как им всем выжить? И какими средствами допустимо бороться за это? Клим переминался с ноги на ногу, потом подошёл к тумбочке и достал оттуда гостиничный стакан, на котором сверху лежал толстый журнал. Поставил перед отцом на стол. Тот пытался рассмотреть тень, которая металась внутри стакана:

– Что там? Жук какой-то?

Клим выключил свет, и сразу стало видно, что стакан осветился изнутри голубым. Светилось существо, которое двигалось, перелетало внутри.

– Я не понимаю - какой-то дракон-лилипут? Это он светится?
– отец Клима щурился, разглядывая существо.
– Где ты его нашёл?

– Я его не находил. Я его сам сделал... из карандаша.

– Живое существо - из карандаша?!

Клим включил свет и тяжело опустился на кровать:

– Поэтому я не хочу никого убивать. Мы с тобой просто не имеем на это права. Я уже боюсь предположить, кем были наши с тобой предки, но теперь я почему-то чувствую ответственность за каждое живое существо...

– Блин!
– отец ошарашено крутил головой - то на Клима, то на стакан с драконом.
– А он тут у тебя давно?

– С утра. Я его кормил уже - хлеб не ест, а колбасу всю слопал. Ума не приложу, что с ним дальше делать. Помнишь, мы читали в рукописи, как можно закрепить мыслеформу выдуманного зверя - немного огня, немного льда из холодильника и через час - полюбуйся на вполне реальный новый организм, который летает, светится и жрёт колбасу.

– То есть мы можем даже не брать в руки оружие, а создать армию таких вот драконов, только побольше?
– отец от возбуждения начал качаться взад-вперёд и бить себя ладонями по бёдрам.

– Нет, пап! Мы можем почти всё! И в этом большая проблема! Я боюсь того, что ты говоришь - честно боюсь. У нас какое-то другое предназначение в этом мире, нежели создавать армии драконов. Бауман или какой-то другой псих - это естественное ограничение наших безграничных возможностей. И если мы сами не научимся обращаться с ними разумно, всегда найдётся тот, кто остановит нас. Оборотни со стажем - это какое-то жалкое зрелище. Они там - в Англии или Франции - увлекаются карнавалом по интернету или пьют пиво цистернами, они бездарно транжирят свой дар, ведь у них вся вечность впереди! А меня пугает тот факт, что никакой вечности на самом деле нет. Где автор нашей семейной реликвии, этой гениальной рукописи? Ведь он, невзирая на все свои сверхспособности, не разговаривает сейчас с нами. Где тысячелетние оборотни? Я думаю, все они рано или поздно делали фатальные ошибки, рано или поздно погибали - причём совершенно безвестно и бессмысленно. А я так не хочу! Надо разобраться в нашем предназначении, а не стрелять...