Шрифт:
— Я не… — Олли резко остановился и, выпрямившись, ткнул Грегора в грудь. — Не смей думать обо мне так! Иначе… иначе я не знаю, что с тобой сделаю!
Как ни странно, подействовало. Грегор отступил.
— Прости, — сказал Грегор донельзя смущённо. — Я как-то… сам знаешь. Несу, а сам не понимаю, чего… но ты всё одно аккуратней. Если серьезных намерений нет.
— Пока нам рано думать о намерениях, — Олли руку убрал. — Но смею заверить, что я никогда не позволю скомпрометировать достойную тэру своими действиями.
Искренне сказал, к слову.
— Идём, — Олли развернулся и бодро зашагал по тропе.
Глава 29
Глава 29 В которой речь идёт о методах убеждения
С этими словами он снял со стены клинок, похожий на Гарри, но было видно, что он не такой удобный и легкий.
О важности баланса
Уильям Фитцджеральд Скотт встретил Дагласа на лестнице.
— Прошу, — он указал в коридор. — Советую дышать размеренней. Это успокаивает. Как понимаю, беседа прошла… неоднозначно?
Зараза.
— Да нет. Однозначно, — Даглас успокаивался. Странно, что этот лощеный чужак больше не раздражал. Точнее раздражал, но куда меньше, чем собственная Дагласа семья. — Однозначней некуда, если так-то.
— Бывает. Помощь нужна?
— А поможете? Родители передали опеку над моими сестрами Храму. И храм планирует их забрать. Юридически у меня нет прав препятствовать этому. Я, конечно, могу подать в суд…
— Но Храм в глазах судьи будет представляться куда более надежным опекуном, нежели одинокий мужчина, пребывающий к тому же на военной службе.
— А я пребываю?
— Все мы где-то пребываем, — философский заметил Уильям Фитцджеральд Скотт, распахивая дверь. — Прошу…
— Контора…
— Старается не вмешиваться без необходимости. Вы, безусловно, перспективный сотрудник, но…
— Не настолько, чтобы ввязываться в войну с Храмом.
— Наша организация в принципе старается не ввязываться в войны. Прямые столкновения — занятие напрочь бесперспективное.
— И тогда как?
— Всегда есть непрямые пути.
— Это какие же?
— В вашем случае логичнее всего воспользоваться гостеприимностью рода Каэр. У них свои отношения с Храмом. И уже это, скажем так, дает надежду, что вам не откажут…
— Не откажут, — сказал Даглас со вздохом. — Девочкам там рады.
— Так в чём проблема?
— В том, что это не должно быть заботой Каэр. Я как брат…
— Третий в роду, не имеющий прав на имущество, — уточнил Уильям Фитцджеральд Скотт. — Как и прав распоряжаться судьбой родных.
— И это злит.
— Понимаю. Держите себя в руках.
— Держу. А если бы Каэр не согласились? Или… передумают? Сегодня согласны, а завтра они передумали. Что тогда?
— Тогда… тогда вашим сестрам придётся подчиниться воле родителей. И отправиться к ним… — Уильям Фитцджеральд Скотт — почему-то его не получалось даже мысленно называть просто по фамилии — поднял руку, не позволяя договорить. — Однако дорога дальняя. Местами опасная. Настолько, что юные тэры могут пропасть…
— Куда?
— Не знаю. Мало ли… королевство большое. Каждый год в нём столько людей пропадает.
Даглас хмыкнул.
— А у Организации есть, скажем так, свои возможности. И их хватит, чтобы снять маленький уютный домик где-нибудь на побережье или в предгорьях.
Дышать стало как-то легче.
— Выход есть всегда, — произнес ибериец. — Но исходя из имеющихся у меня данных на текущем этапе вмешательство конторы не потребуется. Каэр всегда отличались обостренным чувством справедливости.
Даглас поскреб за ухом.
— Извините… нервное.
— Понимаю. Но вы уж держите себя в руках… от излишних нервов часто линька начинается досрочная. А это… — он чуть поморщился. — Чревато. Скажем так. Пух повсюду. Шерсть. Дурное настроение.
— Вы… тоже?
— Брат. Я, к счастью, просто человек.
Верилось слабо.
— И лососевое масло. Настоятельно рекомендую разнообразить рацион лососевым маслом. Для блеска шерсти. И подшерсток тоже будет гуще. Ещё перепелиные яйца хороши, но есть надо сырыми. Вы не смотрите. Брат младший. Родители нас оставили, и мне пришлось разбираться со многим. В том числе с линьками, облысением или вот нервическим желанием метить… вас не тянет?
— Нет, — соврал Даглас, но в памяти всплыли чудесные туфли тэры Севиллы. — Почти.