Карен Макрей и еще пятьсот человек прибыли на Звезду откуда-то еще. Возможно, с Марса, подумала Дюра. Они разбили лагерь за пределами Звезды. Когда они прибыли, на Звезде не было людей; там были только местные формы жизни - свиньи, скаты, пауки-прядильщики и их паутина, корковые деревья.

Карен Макрей прилетела, чтобы заселить Звезду людьми.

– Структура нейтронной звезды удивительно богата,– прошептала Карен Макрей.
– Вы понимаете это? Я имею в виду, сердцевина похожа на огромное одиночное ядро - гиперядро, на двадцать четыре процента состоящее из гиперонной материи. И оно фрактально. Вы понимаете, что это значит? В нем есть структура на всех уровнях, вплоть до...

– Пожалуйста.
– Хорк поднял руки.
– Это буря слов, которые ничего не передают.

Блоки лица Карен толкались, как маленькие насекомые.
– Я колонистка в первом поколении,– сказала она.
– Мы создали виртуальную среду в гиперядре - в сердцевине. Я была загружена через отвод из моего мозолистого тела - загружена в окружающую среду здесь, в сердцевине.– Карен Макрей опустила покровы кожи на мясистые, непристойные штуки, гнездящиеся в ее наглазниках.
– Вы меня понимаете?

Хорк медленно произнес: - Ты - копия. Ур-человека. Живущая в сердцевине.

Дюра спросила: - Где ур-человек Карен Макрей? Она мертва?

– Она ушла. Корабль улетел, как только мы обосновались здесь. Я не знаю, где она сейчас...– Дюра попыталась уловить эмоции в голосе женщины-существа - была ли она обижена на оригинала, который создал ее, который засунул ее в сердцевину Звезды? Завидовала ли она?
– но качество голоса было грубым, слишком резким, чтобы сказать наверняка; Дюре вспомнилась акустическая система в аэрокаре Тобы Микксакса.

Колония человеческих копий, загруженных в сердцевину, имела устройства, которые взаимодействовали с физической средой Звезды, как сказала им женщина-существо. У них была система для производства чего-то, называемого экзотической материей; они пронизали мантию червоточинами, соединив полюс с полюсом, и построили цепочку красивых городов.

Когда они закончили, мантия была похожа на сад. Чистая, пустая. Ожидающая.

Дюра вздохнула.
– Затем вы создали нас.

– Да, - сказал Хорк.
– Именно так, как говорит нам наша раздробленная история. Мы созданы из вещей. Как игрушки.
– Его голос звучал сердито, униженно.

На планете царил мир. Не было необходимости бороться за жизнь. Не было никаких сбоев (во всяком случае, их было немного). Загруженные колонисты, все еще проживающие в сердцевине, были рядом с людьми, как бессмертные, всеведущие родители.

Через транзитные пути червоточин можно было перелететь от восходящего потока к полюсу в мгновение ока.

Хорк протолкался вперед, столкнувшись лицом к лицу с женщиной-существом.
– Вы ожидали, что мы придем сюда, искать вас.

– Мы надеялись, что вы придете. Мы не могли прийти к вам.

– Почему?
– Казалось, сейчас он рычит, подумала Дюра, беспричинно злясь на эту древнюю, очаровательную женщину-оболочку.
– Зачем мы тебе сейчас нужны?

Карен Макрей повернула голову. Световые коробочки дрейфовали, бесшумно сталкиваясь - нет, Дюра видела, они проплывали друг сквозь друга, так плавно, как будто были сделаны из цветного воздуха.

– Сбои,– медленно произнесла она.
– Они повреждают сердцевину... они повреждают нас.

Дюра нахмурилась.
– Почему вы их не остановите?

– У нас больше нет физического интерфейса. Мы убрали его.– Голос Карен становился все более невнятным, ее составные блоки увеличивались; очертания человека постепенно теряли детализацию.

Хорк оттолкнулся от стены кабины, упершись тяжелыми ладонями в дерево.
– Почему? Почему вы отступили? Вы построили нас, забрали наши инструменты и бросили нас. Вы развязали войну против нас; вы забрали наши сокровища, наше наследие. Почему? Почему?

Карен повернулась к нему, ее рот был открыт, фиолетовые пузырьки стекали с ее грубо очерченных губ. Она расширялась и расплывалась, квадратики, составляющие ее изображение, увеличивались.

Хорк бросился на изображение. Он вошел в него, как будто это был не более чем воздух. Он похлопал по дрейфующим, рассыпающимся световым кубикам раскрытыми ладонями.
– Зачем вы нас создали? Какой цели мы служили для вас здесь? Почему вы нас бросили?

Коробки взорвались; Дюра вздрогнула от чудовищного, раздувающегося изображения лица Карен Макрей, бледных форм, заполонивших ее наглазники. Последовало беззвучное сотрясение, поток фиолетового света заполнил кабину, прежде чем вырваться сквозь стены корабля в океан за ее пределами. Человекоподобное существо, подобие Карен Макрей, исчезло. Хорк крутанулся в воздухе, в отчаянии ударяя кулаком в пустоту.