— Вот это пропустим, — сказал Саймон, но Зандер не поняла намека.

Она заказала крепкий утренний чай с ударной дозой кофеина и быстро его выпила. Она была пугающе худой и легко могла бы прибавить фунтов двадцать. Саймон тоже. Он заказал два сэндвича и, жуя пересказал ей очищенную версию истории Алана Тила, осторожно обходя чувствительные места.

Саймон снова поблагодарил ее, а Зандер снова отмахнулась. Для нее и Кули это было просто занятие ради развлечения, а иногда и ради денег.

Ему претила мысль возвращаться в темную пустую контору и Шкаф, где оставалось только копаться в новых материалах. Разве загадка уже не разгадана — или ее разгадали за него? Разве убийца не найден?

Когда Саймон въехал в переулок за конторой, телефон завибрировал. Звонила Лэнди.

— В Шарлотсвилле есть офис ФБР. Сможешь быть там завтра в девять утра?

— У меня больше никаких дел. Что случилось?

— ФБР и федеральная прокуратура.

— Всего-то? Конечно, буду.

— Возьми свои материалы. Все.

— У меня минимум три коробки документов. И бог знает сколько гигабайт на ноутбуке.

— Сегодня ночью упакуй и пришли мне электронные файлы, а коробки привези.

— Значит, вы с приятелями заинтересовались?

— Расследование официально открыто. Поздравляю.

Праздновать Саймону не хотелось. Работать тоже. Он уснул на диване, проспал час, потом еще час бегал. Долго говорил с Полой и детьми, выслушал последние новости о подготовке к школе. Бак переходил в выпускной класс. Если повезет, Саймон его не пропустит.

С наступлением темноты он переоделся в джинсы, прокрался по переулкам и боковым улицам и через несколько минут после девяти вошел в Chub’s. Валери принесла выпивку, потом чизбургер. Чаба не было, и это Саймона устраивало: обсуждать свои беды не хотелось. Два часа он играл в видеопокер, выиграл тридцать один доллар, наконец остановился и оставил Валери двадцатку.

• • •

Лэнди не спала всю ночь и составила десятистраничную записку — очень сырой первый вариант истории приключений мистера Оскара Кофи с таллием. По делу Элеанор Барнетт фактов было много, по другим смертям — значительно меньше.

За столом, кроме Саймона, сидели одни женщины. Он устроился с одной стороны рядом с Лэнди; напротив — Кармен Риддл, помощник федерального прокурора (AUSA), и Шелия Уайкофф, руководитель подразделения ФБР (SIC). Когда Саймон наконец разобрался в россыпи их аббревиатур, можно было начинать.

Он объяснил, что собрал внушительный массив материалов по подозреваемому: кадровые дела, сведения о работе и HR-документы из четырех больниц, где Кофи служил за последнее десятилетие; объемные медицинские карты пациентов этих больниц, умерших либо от отравления, либо после похожих, но не диагностированных симптомов; а также гору документов по претензиям, связанным с двумя умершими пациентами в Скрантоне, штат Пенсильвания.

Шелия Уайкофф спросила:

— Как вы получили кадровые документы больниц?

— Заплатил хакеру. Я ничего не понимаю во взломе, поэтому нашел человека, который понимает.

— Вы нарушили закон?

— Еще как. И, возможно, нарушу снова. Что вы сделаете — предъявите мне обвинение? Послушайте, мисс Уайкофф, меня уже осудили, причем ошибочно, и собираются надолго отправить в тюрьму. На данном этапе мне почти все равно, сколько законов я нарушу. Добавляйте к списку. Хотите — предъявляйте еще обвинения.

Кармен Риддл спросила:

— Хорошо. А претензии и возможные иски в Скрантоне? Откуда эта информация?

— Началось с того же хакера. Молодая женщина, а ее парень сидит в федеральной тюрьме облегченного режима с двумя ноутбуками и тремя телефонами — все контрабандные. Отличная команда, если не попадутся. Вам, ребята, стоило бы получше следить за безопасностью в своих учреждениях. В общем, они нашли след скрантонских претензий и вышли на адвоката, который был замешан. Я ездил к нему три дня назад и узнал об Оскаре Кофи все, что нам нужно. Он серийный убийца-отравитель, за которым как минимум три трупа, а может быть еще до пяти. Но доказывать все эти смерти не надо. Докажите одну. Только Элеанор Барнетт — и отправьте его пожизненно.

Было очевидно: по фактам Саймон опережал их на километры. По стратегии тоже. Кармен Риддл заинтересовалась ролью местной полиции.

Саймон отмахнулся сразу:

— Не тратьте время. Для них дело закрыто. Они поймали убийцу — не того, — и, скорее всего, будут защищать свое липовое расследование до второго пришествия. Стандартная реакция правоохранителей. Простите, но ФБР сюда тоже относится. В ошибочных приговорах цена слишком высока, последствия слишком катастрофические, поэтому никто не хочет признать, что взял не того. Забудьте местных. Ребята хорошие и все такое, но они вам не нужны. Я передаю вам готовое дело, ясно?