— Алексей четыре года в очереди стоит, — мрачно сообщила maman. — Очередь совсем не двигается. Никакого просвета нет.

Претензий она мне больше не предъявляла. Но это скорее из-за конструкта подчинения, который я наложил, приказав послушать и успокоиться.

— Думаю, решим мы с тобой этот вопрос, — вздохнул я. — Чуть позже обязательно решим. Точно тебе говорю! Ты мне лучше расскажи, как вы здесь живете? Деньги есть? Альбину видела?

Maman сразу переключилась на другие темы.

Увы, как я не любил maman, но жить с ней и Алексеем уже было по меньшей мере неуютно. Кто знает, какие их идеи еще посетят? Поэтому утром, чуть свет я отправился в гараж за машиной и оттуда домой, сославшись на срочные дела, требующие моего обязательного присутствия.

Жалко, с ребятами так и не увиделся.

Эпилог.

Ударный транспортно-боевой вертолет огневой поддержки Ми-24 показался в небе над Кутятинским районом около полудня. Он то снижался до верхушек деревьев, то поднимался километров на пять, превращаясь в едва видимую рычащую точку в небе.

Снизу, с земли за ним, прижав ладони ко лбу на манер козырьков, следили и дети, и взрослые, которые эту боевую машину увидели вживую, а не экране телевизора впервые.

Вертолет выписывал петли, круги, восьмерки и прочие кренделя, всё больше уделяя внимание лесу в районе деревеньки Красный Путь. Пару раз он даже прошелся над самыми деревьями, распугав местных лесных птиц, сорок и ворон, прыснувших в разные стороны. Из кустов вылез и поднялся на задние лапы медведь, задрал морду вверх, недовольно рявкнул, снова опустился на четыре лапы и уныло побрёл в чащобу.

Вертолёт вдруг резко ушел в сторону, выписал очередной круг в воздухе и стремительно пошел вниз, на боевой заход, определив цель: дом в деревеньке Красный путь…

С самого утра у командира вертолетного полка полковника Кутасова было плохое настроение. Нехорошее предчувствие сжало сердце, как только он вышел из дома. Стоило ему зайти в свой кабинет, как тут же прибежал секретчик и протянул бланк шифртелеграммы с грифом «два семена» — «совершенно секретно».

Командиру полка предписывалось при получении щифртелеграммы немедленно подготовить к взлету ударный транспортно-боевой вертолет огневой поддержки Ми-24, провести необходимое техническое обслуживание, заправить и передать машину командированному в полк экипажу из числа сотрудников ГРУ. Кроме того, в телеграмме был еще один непонятный момент: вместе экипажем в полк будет доставлен экспериментальный боеприпас, который необходимо подвесить на вертолет для испытаний — закрепить на внешнюю подвеску, балочный держатель.

Как только полковник закончил читать телеграмму, расписался в журнале о получении, сразу же зазвонил телефон спецсвязи ВЧ. Командир полка осторожно поднял трубку:

— Слушаю, Кутасов.

— Генерал-майор Гаврилов. Здравствуйте, товарищ полковник!

Гаврилов был начальником отдела штаба Московского военного округа, курировал ВВС, в том числе и вертолетный полк.

— Здравия желаю, товарищ генерал-майор! — ответил Кутасов.

— Телеграмму получил? — осведомился генерал.

— Так точно!

— Всё ясно? — сообщил генерал. — Гости уже ждут возле КПП. Цель их приезда — испытание нового боеприпаса. Можешь не беспокоиться, не ядерного, не химического. Обычного. Понял?

— Так точно, товарищ генерал-майор! — опять по-уставному уже веселее ответил Кутасов.

— Всё, — сказал генерал. — Исполняй. Докладывать не надо. Они сами доложат.

Подготовить машину к вылету оказалось не сложно. Тем более, что почти весь вертолетный парк был, что называется, «на ходу». Большинство экипажей уже прошли обкатку в Афганистане, кто-то готовился к двухгодичной командировке «за речку».

Одно было не ясно: почему испытание нового боеприпаса должны проводить посторонние люди, какой-то «левый» экипаж, но на машине полка?

Тем не менее, Кутасов отдал соответствующие распоряжения зампотеху и дежурному по части. Особо оговорил, чтоб не вздумали заряжать снаряды и патроны. Дескать, полет у них будет учебный.

Грузовой «Газ-66» проехал прямо к ангарам, находившимся рядом с аэродромом. Из кузова выскочили четверо военнослужащих, одетых в непонятные пятнистые комбинезоны без знаков различия. Из кабины соскочил еще один, в синем комбинезоне летчика.

Он подошел к зампотеху, который встречал их у ангара, небрежно козырнул, представился и предъявил удостоверение:

— Подполковник Кутузов.

— Вам надо доложиться командиру полка, — заметил зампотех, пожимая руку. — Без его приказа…

Зампотех развел руками.

— Идёмте! — весело согласился подполковник. Он повернулся к своим и скомандовал:

— Ждите! Курить — туда!

Он указал в сторону беседки на краю взлетного поля.

До штаба идти было достаточно далеко. Поэтому они вдвоем доехали на «уазике» зампотеха. Вместе козырнули, как положено, сначала дежурному, затем полковому знамени на втором этаже, возле которого застыл часовой.