— У меня появились новые сведения. Где планшет? Коды доступа, пароль от компьютера Моро… И я уверена, что смогу разузнать ещё больше! Что?.. Почему ты так на меня смотришь?

На лице Реми застыло очень странное выражение — то ли ошеломление, то ли благоговейный восторг.

Я машинально потянулась рукой к носу, но он перехватил мои пальцы:

— Крови нет. — Его зелёные глаза лучились мягкостью и теплом, когда он улыбнулся: — Но тебе стоит взглянуть на себя в зеркало.

Я со всех ног бросилась в ближайшую ванную. Вцепилась в края умывальника, подалась вперёд и принялась жадно вглядываться в собственное отражение.

Разницу я уловила моментально.

Там, в правом глазу, затаилось микроскопическое изменение. Едва различимая льдисто-голубая крапинка проступила среди привычной карей радужки, сопровождаемая крошечной трещинкой в зрачке.

Точно так же всё начиналось в тринадцать лет, и тогда у меня ушло меньше года на то, чтобы развилась полная гетерохромия. С той лишь разницей, что теперь я знала: дело вовсе не в нарушении выработки меланина.

В зеркале за моей спиной возник Реми:

— Ты в порядке?

Он переживал. Вполне естественно.

Медленно, пока дыхание оставалось частым, а в голове стучало в такт бешеным ударам собственного сердца, мои губы тронула улыбка. Робкая, несмелая, почти недоверчивая.

— Да. Это… это значит, что у меня получается. Я двигаюсь вперёд.

Альфа облегчённо выдохнул и прижался губами к моей шее:

— Конечно получается. С твоим-то ослиным упрямством иного выбора просто не оставалось.

— Прекрати, а то я закраснеюсь.

Он тихо рассмеялся, обдавая кожу горячим дыханием:

— Ты же знаешь, что это комплимент.

Пока я позволяла ему обнимать себя, перед внутренним взором вновь вспыхнул образ из недавнего видения. Та запертая дверь. Чужая сила, которую я успела уловить… И торжествующая улыбка Равены Моро.

— Как думаешь, кто был за той дверью? — спросила я вполголоса.

Хотя на самом деле вопрос в моей голове звучал иначе: «Что вообще могло вызвать столь самодовольную улыбку на лице у этой психопатки?»

Не переставая целовать мою шею, Реми прижал меня к себе крепче:

— Логично предположить, что ничего хорошего. Не тревожься. — Он ещё раз легонько прикусил кожу там, где бился пульс, прежде чем отстраниться и поймать мой взгляд через стекло зеркала: — Дни Black Edge сочтены. Пойдём, нужно тебя согреть.

Я провела ладонями по предплечьям. Я даже не заметила, как сильно у меня остыла кожа.

Глава 43

Реми

Мои самые искренние поздравления с обретением пары, Фэй! Я невероятно счастлива за тебя и за Реми. Как только выдастся возможность, я приеду лично, чтобы поздравить вас и выпить за ваше здоровье. Быть может, сразу после Рождества. Или на Пасху. Ну или когда наступит конец света, компании по экологическому восстановлению утратят всякий смысл, а стаям больше не понадобятся официальные представители.

Электронное письмо от СИНДЕРЫ ДАНН

Огромное спасибо, Синдера! Я с превеликим удовольствием выпью с тобой. Ты не думала о том, чтобы взять отпуск или вроде того? Ответ от ФЭЙ

Сделав дежурные звонки Локлану, Чандре и Мэрроу — чтобы остудить жажду мести у представителей Кровавой Земли, Быстрой Воды и Серых Лап (а заодно совладать с собственной), — я отправился на поиски своей пары.

Той, кого мне до сих пор не верилось называть этим словом. Поверить, что она настоящая.

Проходя через общий зал, я нагнулся и подобрал несколько крошечных кружков разноцветного конфетти. Они продолжали всплывать на каждом шагу. Фабиан со своими идиотскими затеями.

Я потёр бумажный кругляш между пальцами, невольно улыбаясь собственным мыслям. Да, мы с Фэй Коваленко стали парой, и вся стая отпраздновала это событие. Сородичи приняли её в роли пары альфы без малейших сомнений, просто доверившись воле духов и моим инстинктам. Они защитят её ценой собственной жизни, если потребуется, и я ни на миг не сомневался, что Фэй поступит в точности так же по отношению к ним. Теперь, когда мы соединились узами, я чувствовал, как её необычная энергия робко вплетается в сущности членов моей стаи. В Джун, Майку, Фаба, Инайю, близняшек…

С ощущением абсолютного покоя, окутавшего душу, я по запаху отыскал дорогу к танцевальной студии. Она была не одна — разумеется.

Пока Фэй выполняла упражнения, двигаясь плавно и грациозно, Нун в углу старательно вела смычком по виолончели, а Саммер сидела рядом на полу, что-то черкая в блокноте в больших наушниках. Чуть поодаль, уткнувшись носом в ворох диванных подушек, валялся Джонни — без сомнений, выжатый как лимон после тренировки с Майкой.

Стая редко давала ей передышку, но к настоящему моменту я ещё ни разу не слышал от неё жалоб. Казалось, каждое общение, каждая минута в чужой компании делали её лишь сильнее. Быть может, всё дело крылось в том, насколько одинокой была её жизнь до сих пор. Нам, шифтерам, выросшим внутри стай, потребность постоянно быть вместе временами казалась удушающей. Мы были куда более социальными существами, нежели наши дикие сородичи; взять хотя бы меня — я не унаследовал природных повадок ягуаров, предпочитавших бродить в полном одиночестве по гигантским территориям. Но даже меня иногда подмывало зарычать, чтобы все сделали шаг назад и оставили меня в покое.