Шрифт:
— Нет, Дикон. Я…
— Быстрее, — говорит София, поправляя платье. — Нам нужно отсюда выбираться.
— Мне стоит подождать, — отвечаю я, вкладывая кольцо ей в руки.
Вина пожирает меня изнутри.
— Давайте сначала найдем Эллиота и База и наденем его на Аду. Убедимся, что оно способно освободить нас обеих.
— Она больна уже несколько десятилетий, — тихо произносит Питер. — Ты заслуживаешь шанса жить. Она сама этого хотела бы. И ее сын тоже.
— Если можно спасти только одну из нас…
— Надень кольцо сейчас же, Вивьен, — приказывает Дикон ледяным, стальным голосом.
Я причинила ему боль и прекрасно это понимаю.
— Твое самопожертвование уже утомляет.
Но где Ада? Чего хотел бы от меня отец? А что, если кольцо сделает меня смертной? В конце концов, именно это, как всегда утверждали, должно происходить после удаления сирабракса. Мысль отрезвляет. Потрясает. Ведь я вдруг понимаю, что больше не хочу избавляться от своего охотничьего гена. Что, возможно, это вовсе не будет свободой.
Я настолько погружена в бесконечные «а что, если», что даже не замечаю, как Дикон выхватывает кольцо у Софии. Не успеваю помешать ему схватить меня за руку и надеть Каспийское кольцо на безымянный палец.
Всё становится белым.
Ослепительное белое сияние настолько яркое, что даже закрытые глаза не способны от него защитить. Электрический поток пульсирующей, трепещущей силы устремляется от пальца вверх по предплечью, огибает локоть, проходит через плечо и пронзает спину. Вдоль шрама. Огненная вспышка вырывается из моих легких и затапливает помещение.
Боль совсем не похожа на ту, что я испытала, когда в меня вселили сирабракс. Это не мучение от чего-то противоестественного, чужеродного, оскверняющего. Скорее словно из кожи вытаскивают впившегося клеща. Или выдергивают занозу из-под ногтя. Пронзительно, мучительно, но… освобождение.
Я падаю коленями на землю катакомб.
Белизна исчезает. Я тяжело дышу, упираясь ладонями в грязь.
Моргаю. Моргаю снова.
Никто ничего не говорит.
Руки дрожат, когда я снимаю кольцо и с изумлением рассматриваю его. Рубин внутри теперь светится и переливается, словно в его глубине плавает медуза. Стены усыпальницы и тело огра окрашены водянистыми багровыми отблесками.
София опускается на колени рядом со мной и заключает в объятия. Питер даже начинает хлопать. Когда я выглядываю из-за волос Софии, Уорд широко улыбается, а Дикон смотрит на меня так, словно стал свидетелем чуда. В тусклом свете я отчетливо различаю обе его татуировки. Охотничье зрение осталось со мной.
— Я свободна, — выдыхаю я, глядя на кольцо.
Наш выход из всего этого. Сила разрушать и созидать.
— Я свободна.
— Да, свободна.
Печальная улыбка на лице Дикона нежна. До мучительности нежна.
Это не дает мне покоя.
— Прости, — шепчу я.
За то, что испугалась его после всего, что произошло. За Одетту.
Но он ничего не отвечает.
А я все еще сижу в потрясении, обнимаемая Софией. Я больше не ядовитая лягушка с предупреждающей окраской вдоль спины. Дрожащей рукой передаю кольцо Софии, и она опускает его в сумку.
София улыбается мне.
— Пойдем наденем его на Аду.
Кровь стынет в жилах, когда из туннеля слева доносятся шаги. Не с той стороны, откуда пришли мы.
Кожа начинает гореть…
— Я в тебе никогда не сомневался.
Рид выходит из затянутой паутиной арки. Рядом с ним Орин. На его лице облегчение борется с сожалением.
— Отдай его мне, Вив.
— Ты следил за нами?
Но едва слова слетают с губ, я уже все понимаю. Таков с самого начала был его план. Позволить мне привести его к кольцу.
— Ни хрена я тебе не отдам.
Орин рычит, поднимая руки в мою сторону. В воздухе разливаются запахи шалфея и болиголова.
Дикон заслоняет меня собой. София накладывает стрелу на тетиву. Я готовлюсь к тому, что, возможно, придется сделать. Но время на исходе. До полуночи, должно быть, осталось совсем немного. И у меня осталась последняя просьба.
— Помоги нам спасти Аду. Если ты сейчас заберешь кольцо и уничтожишь всех девиантов, то сам погибнешь, а Ада так и не избавится от сирабракса. Она страдала годами, сходя с ума от того самого заклятия, которое ты позволил вселить в меня.
В мерцающем свете лицо Рида мрачнеет.
— Она сможет надеть кольцо после моей смерти.
— Откуда ты знаешь, что оно сработает после того, как его уже используют? Если поможешь нам освободить ее, Каспар не сможет открыть Разлом. А у тебя появится время найти кадильницу. Ты получишь свое кольцо, заряженное всей силой, и способ сохранить себе жизнь, когда решишь его использовать.