Да, я была полностью с ним согласна. Меня шарахнула молнией в позвоночник только от одного этого прикосновения и бурлящее электричество растеклось по венам лавой, заставляя меня судорожно вести бедрами. Дыхание перехватило. Но я хотела еще!

Я хотела ощутить его вкус полностью.

Прошлась дорожкой из невесомых поцелуев по всей длине. Сверху вниз и обратно. А затем полностью приняла его в себя, чувствуя, как меня взрывает изнутри только от одного его вкуса — сладкого и соленого одновременно. Терпкого. Мужского!

Он глухо стонал.

А я сосала глубоко и жадно. Ритмично насаживая себя на него. Облизывая языком каждую выпуклую, разбухшую от кайфа венку. И мне так это нравилось, что из горла стали рваться звуки наслаждения. Он был таким бархатистым, нежным и горячим. Он раз за разом бился мне головкой в горло.

И становился все больше. И больше!

И я заглатывала его еще глубже, напрочь теряя голову от происходящего. Ибо мое тело вместе с Сергеем раскручивалось на карусели страсти. Соски затвердели и ныли. Между ног все требовательно сокращалось.

Я была такой бесстыдной мокрой там...

И не сдержалась от всхлипа. А затем рукой повела по своему телу. Дотронулась до груди, которая стала слишком чувствительной от желания. До резкой, но сладкой боли стиснула и потянула сначала один камушек соска. Затем другой.

Заскулила в голос.

А когда мои пальчики коснулись трепещущего клитора, то крепко зажмурилась, ловя удар эйфории по нервам.

— Настя, — наматал мои волосы себе на кулак Сергей, — посмотри на меня, детка.

И я подняла на него глаза, из которых тут же выкатилась слезинка.

Его лицо было таким хищным. Таким по-мужски требовательным. Жестким. Голодным. И от того, как влажно он смотрел на меня, мое тело окончательно и бесповоротно перекрутило в жерновах болезненного наслаждения. Когда чувствуешь себя женщиной. Той самой, что хочет отдаться своему мужчине.

Потому что он знает, как лучше.

Как правильно.

— Вот так, малышка, — задавая амплитуду моим движениям, чувственно рычал Сергей, — соси его и смотри на меня. Вот так...

Боже!

— Трогай себя...

Да!

— Пиздец, Настя, как же я тебя люблю. Просто пиздец...

На этих словах из меня вырвался всхлип, а тело дернулось от предоргазменной судороги, что впупила мне по позвонику и между бедер. А в следующий момент я тихо вскрикнула, потому что сначала ощутила, каким буквально стальным стал Сергей, а затем меня дернули вверх и запечатали мои губы в таком раззужданном поцелуе, что мозги просто выставило из моей черепной коробки.

Всего секунда и в меня, хлюпающую и жаждущую, влетел член.

А дальше принялся вбиваться в меня резко и глубоко.

Я не могла пошевелиться. Я просто принимала Сергея в себя везде. Меня одновременно брал его язык, имея мой рот. А мою девочку таранил его член. Сергей крепко удерживал меня над собой, а сам подмахивал тазом, жестко трахая меня.

Бам! Бам! Бам!

И все — рай. Ослепительный и всеполощающий. Когда крик застрял в горле. Когда его оргазм и мой слились в одну бесконечную пульсацию. Когда ничего на свете было не нужно, кроме того, чтобы быть рядом с ним. И больше нигде...

С ним было не стыдно. Не больно. Не страшно.

— Сережа..., — пьяно пробормотала я, утыкаясь в солоноватую кожу его шеи и млея.

— Я знаю..., — гладил он меня по голове и сыто вздыхал.

Что ж.

Теперь мне было максимально спокойно. Он был в курсе. Он все понимал. Даже то, что я сама еще была не в силах осознать. И где-то тут я окончательно выдохнула. Смирилась.

И расслабилась, позволяя случится всему.

Всему на свете!

Моя жизнь с того дня превратилась в бесконечный поток света и тепла. Сергей все продолжал водить меня на свидания. Задаривал подарками. И я в лучах его нежности расцветала. Я будто бы изнутри наполнилась и пропиталась счастьем. И стала им фонить, радуясь каждому дню.

Пока Сергей не сказал, что ему нужно уехать на два дня в командировку.

Клянусь, я чуть не расплакалась, когда поняла, что нам хоть и ненадолго, но придется расстаться. А затем скулала по нему так, что мне было физически больно в этой разлуке. Конечно, мы без конца и края с ним переписывались, а вечером болтали о том, как прошел наш день.

Но этого было чертовски мало!

И мне казалось, что время в его отсутствие поставили на паузу.

И лишь когда он вернулся, я смогла снова набрать полные легкие воздуха. Потому что только тогда поняла: я без него форменно задыхалась. И слова, такие страшные, но в то же время до невменоза правильные, начали жечь мне глотку.