Да, пора бы и Седым заняться, и сбором едких растений — надо снова пойти к речке вонючке и добыть разные ингредиенты. Но вот как всегда навалилось всё то, чего ты не ожидал.

— Ничего… — вздохнул я. — Скоро мы тебя, Седой, сделаем сильнее. Зверем Силы станешь.

— Пи? — приоткрыл он один глаз.

— Ага, рыжего вожака одной левой снесешь.

— Пи!

Да и рассветнице пора делать ванночки, а для этого нужно отправиться в Проплешину.

Я вздохнул.

Ничего, лучше куча забот, чем ни одной. Тем более, все эти заботы мне самому приятны.

Я делал партию за партией и на каждую уходило более получаса. Что-то сегодня как назло процесс наоборот шел медленнее обычного.

Когда я решил, что хватит и пора отправляться к больным, у меня на руках было двенадцать бутылочек с эликсирами восстановления. Какой-никакой, а запас. Но был и неприятный момент. Я бросил взгляд на бутылочки с эссенциями — там осталось эссенций на донышке, даже четверти не наберется. Запас подходит к концу. А в моем саду листья мяты и травы еще не успели отрасти до нужных размеров.

Похоже если не сегодня, так завтра придется идти на луга у Кромки, где я добывал себе первые экземпляры мяты, и срезать там листья, а потом гнать из них эссенцию. Пусть это будет обычная мята, а не улучшенная, как у меня, но выбирать не приходится. Без эликсиров эффективность любого лечения будет снижена, а потреблять эликсиров эти двое больных будут в первое время много.

Я критически осмотрел получившиеся двенадцать бутылочек. Анализ применять не стал — не было сил, — но чутье подсказывало, что из-за спешки и моей внутренней усталости качество получившихся эликсиров ниже обычного. Сейчас, правда, это не столь важно. Я надеюсь, что с помощью трупоедов Рыхлого, живососов Лиры, моей мази и прямой подпитки живой мы вытащим этих двоих с того света.

Я тяжело оперся о стол чувствуя, как гудят ноги. Четыре часа интенсивной работы после тяжелого похода в Глубины и растраты крови Симбионта давали о себе знать. Сегодня я еще ни разу не отдыхал. Надеюсь после лечения гнилодарцев наступит этот блаженный момент и я просто как следует посплю. Тело требовало восстановления и…пищи.

Грэм зашел, взглянул на меня и покачал головой.

— Только не говори, что снова собираешься идти к гнилодарцам?

Я улыбнулся.

— Элиас, ты только сегодня поднялся после полутора недель отключки. Ты и у дубов уже перенапрягся, и я вижу, что после этой варки ты почти падаешь. Давай просто отдадим Рыхлому эликсиры и мазь, и дальше пусть уже сами. Мы останемся дома. К тому же, мы можем не успеть вернутся до темноты.

— Вернемся, дед, не преувеличивай. Еще не настолько поздно. А по поводу больных гнилодарцев…видишь ли, мне надо передать им свою живу — это такая же часть лечения, как и мазь. Если я не поддержу их организмы напрямую, они могут и не пережить «чистку» тел. А вот всё вместе может сработать. Нет, без вариантов — мы должны идти. Ты сам знаешь, насколько помогает подпитка живой.

Грэм обреченно вздохнул.

— Знаю, помогает…

Через минуту мы уже собирались. Грэм загрузил к себе в корзину всё основное, мне же досталась почти пустая корзина.

Шлепа, увидев, что мы снова уходим, недовольно загоготал, расправляя крылья. Не любил он, когда мы уходили. Недовольно проскулил и волк. Даже не знаю, может уже пора сказать Трану, что он может забирать своего старого питомца? Все-таки теперь к нам в дом уже никто не полезет. Все проверки от Марты мы уже прошли. Остается, правда, Эйна, но не уверен, что ее так уж интересуют растения. Скорее я и мой Дар.

А с другой стороны…с волком действительно безопаснее и спокойнее. Так мы точно знаем, что никто не проберется незамеченным мимо. Седой привычно запрыгнул мне в корзинку и свернулся клубком, погрузившись в сон.

— Пошли, — сказал Грэм, — запирая дом и сжимая свою секиру. — Будем двигаться быстро.

— Хорошо, — кивнул я.

Вскоре мы были уже у Кромки.

До дома Морны мы добрались так быстро, как могли. Вернее, как мог я. Все-таки ориентировались больше на меня. Ну а я выжимал из себя максимум. И вновь наш приход не остался незамеченным.

Нас уже ждали.

— Быстро вы, — сказал Рыхлый.

— Торопились как могли, — буркнул Грэм, — Все ради двух мутных гнилодарцев.

— Сам ты мутный, старик, — фыркнула Арна.

— Давно по заднице не получала? — грозно нахмурил брови Грэм.

— Угроз стариков не боюсь, — прищурилась девушка и колючки на ее теле чуть высунулись.

Я заметил, что рубаху — ту, рваную, — она поменяла. Впрочем, раны врядли им тут было чем обработать.

— Где они? — спросил я у Нурла.

Имел в виду я, конечно, больных гнилодарцев.

— Внутри. — коротко ответил камнеголововый, — Перенесли.

Я кивнул и пошел туда.