Шрифт:
Он сразу же увидел то, о чём говорил Вэш, когда впервые сказал Балидору, что в свете человека что-то «изменилось».
Балидор нахмурился, глядя на это.
Он заметил, что старуха прикрывает и его тоже, и не стал грубить, пытаясь пробиться сквозь щит, но всё же увидел достаточно, чтобы его охватило безумное любопытство.
Свет Новотны стал ярче.
Кроме того, он казался слишком структурированным, чтобы принадлежать чистокровному человеку.
И всё же что-то в нём не совсем походило на видящего.
Балидор постарался скрыть свои эмоции, но, судя по взглядам, которые бросала на него старуха, стоявшая в другом конце комнаты, его любопытство не осталось незамеченным.
Наклонившись ближе к своему старому другу, Балидор тихо спросил Тарси:
— Ты что-нибудь нашла? — спросил он. — Ты и Вэш. Вы нашли что-нибудь в исторических записях, что могло бы указывать на свет человека, претерпевший подобные изменения?
Тарси не ответила.
Когда Балидор увидел, что пожилая женщина в другом конце комнаты пристально смотрит на него во второй раз, он решил, что сейчас не время. Он опустошил свой разум и, в конце концов, увидел, как старая видящая, Ксарет, отвела взгляд.
Gaos, жёсткое, костлявое лицо этой видящей было так похоже на рептилию.
— Следи за манерами, брат Балидор, — мягко упрекнула Тарси.
На этот раз Балидор не ответил.
Он с усилием сосредоточился на танце между Новотны и Вэшем.
— …что это за сосуд? — теперь спрашивал Вэш.
Голос Вэша звучал, как всегда, безошибочно вежливо, но Балидор почувствовал, что его уши насторожились, уловив что-то в вопросе.
— Тот, что уже освободился, мистер Вэш, — сказал человек, и его собственный голос был на удивление серьёзным. — Мы бы не стали ради этого убивать видящего. Вы, само собой, должны это знать. Мы хотим, чтобы у этой проблемы был только один выход — практичный и гуманный.
— Он у вас уже есть? — брови Вэша поползли вверх. — В том транспортном средстве, на котором вы прибыли? Вы привезли с собой упомянутый сосуд?
— Да, — на этот раз ответила старуха Ксарет. — Это было необходимо, брат. Мы привезли его вместе с моим оборудованием. Нам нужен был генетически совместимый сосуд. Это самый простой способ добиться успеха.
«Генетически совместимый? — в замешательстве подумал Балидор. — Что это вообще значит?»
— И как часто происходил такой… — казалось, Вэш запнулся на этом слове. — …перенос? Вы уже успешно применяли этот процесс?
Балидор сомневался, что старик подыскивал слово не столько для того, чтобы подчеркнуть свой скептицизм по поводу этой процедуры, сколько для того, чтобы выразить своё отношение к ней.
Или, возможно, своё неодобрение.
Или, возможно, он имел в виду всё это вместе.
— Ни разу за процессом не наблюдали такие прославленные видящие, как вы, — проворковала старуха Ксарет с притворной скромностью. — Я уверена, что мы всё сделаем правильно, учитывая статность имеющихся в нашем распоряжении видящих.
Балидор не слышал ни слова от Тарси, стоявшей рядом с ним.
Но он всё равно почувствовал её реакцию.
С таким же успехом она могла бы издать одно из своих знаменитых фырканий прямо ему в ухо.
Балидор подумал, что, возможно, Ксарет выбрала более подходящее слово.
«Прославленный» — так издавна традиционно называли это существо, Syrimne d’Gaos. Он был «Прославленным Мечом», так же как Мост была «Высокочтимым Мостом», а Война была «Грозной Войной». У каждого из квазимифологических существ, которые составляли «Четвёрку», были свои полные церемониальные титулы, призванные выразить уважение.
Учитывая имя, данное юному видящему, который в настоящее время лежал без сознания в гостевой спальне на первом этаже, Балидор счёл комментарий Ксарет интересным выбором слов.
Он послушал ещё немного и почувствовал, что тревожится ещё сильнее.
Он почувствовал досаду, что с самого начала не уделял этому должного внимания.
— Вы разделите его свет? — Балидор нахмурился, когда Вэш, Новотны, Ксарет и её ассистент повернулись к нему. — Разделите его навсегда? И поместите в другое тело? Это… отвратительно. Это издевательство.
Ему стало ещё хуже, когда он произнёс это вслух.
— Ни один видящий не сможет пережить это, — холодно добавил он. — С таким же успехом вы могли бы пустить ему пулю в лоб. Это, по крайней мере, позволило бы ему умереть с достоинством…
— При всём уважении, брат Балидор, мы уже делали это, — уверенно заявил Новотны. Он взглянул на Ксарет, изгонув бровь. — Ну, точнее будет сказать, что она делала это.
Густая борода Новотны скрывала большую часть его лица, но Балидор заглянул в его карие глаза и увидел в них более спокойного человека, чем он помнил со времени стрельбы по Сайримну. Какой бы ни была эта перемена в нём, в его живом свете она придала ему больше зрелости. Это придавало ему более повелительный вид.