Монстр, вцепившись когтями в ствол, толкает своё совсем не невесомое тело вверх, потом прыгает на другое дерево, снова вверх и, резко толкнувшись, летит на висящий горизонтально стебель — а по факту, скорее, ствол — лианы. Та не выдерживает и рвётся, и ухватившийся за стебель зверь падает, крепко держа в лапах конец лианы. Как только он приземляется, то дёргает со страшной силы эту мегалозу и отрывает кусок длиной метров десять. Я не успеваю удивиться действиям монстра, как тот уже взмахивает лапой и мне приходится уворачиваться, от огромной растительной плети.

Эта отрыжка папы Йоды вооружилась! От двух ударов я уворачиваюсь, а потом наблюдаю, как третьим монстр сносит Власа и мастера Дика. Последний, правда, успел рубануть своим двуручником по лиане, но, к сожалению, не разрубил толстенный стебель. Влас бы разрубил что угодно, но ему нельзя использовать свою суперспособность, поэтому он снова вылетел из схватки на радость орущим обезьянам.

Я больше не могу отвечать ударом на удар, так как монстр хлещет своей плетью толщиной с мою голову, а это совсем не лапа из кожи и костей. Приходится уворачиваться и прятаться за деревьями.

Удачный момент настаёт достаточно быстро. Я прячусь за деревом, чудовище хлещет плетью, приседаю, стебель лианы обматывает дерево над моей головой и застревает. Монстр дёргает, но не может высвободить своё оружие, а я уже бегу к нему. Всё-таки тот факт, что я сражаюсь пусть и с чрезвычайно умным, но всё-таки животным, склоняет ситуацию в мою пользу. Вместо того чтобы отпустить застрявшую лиану, монстр продолжает дёргать, отставив лапу в сторону. Я пользуюсь этим и проносясь под верхними двумя лапами что есть силы ударяю лезвием глефы по коленному суставу монстра. Расчёт, что там не прочнейший сплав, а всего лишь кость, оправдался. Лезвие глубоко входит в ногу, разрубая связки и кости.

Я отбегаю и наблюдаю, как монстр вертится на месте, припадая на раненую правую лапу. Всё, теперь будет проще. Чудовище потеряло мобильность и оружие.

Вернувшиеся в строй мастер Дик и Влас раздёргивают внимание монстра, тот получает всё больше и больше ударов, которые пускают ему кровь.

Бой заканчивается без красивого и зрелищного завершающего удара. Мы измотали его и пустили много крови. Со всё ещё грозным, но уже беспомощным рыком монстр заваливается на бок и вытягивает лапы. Мы ждём несколько минут, потом я, зайдя со спины, вгоняю глефу на всё лезвие зверю в основание черепа. Тот лишь немного судорожно дёргается и затихает окончательно.

Больше всего сейчас хочется стянуть с головы шлем и присесть у дерева, но этого делать нельзя. Не только потому, что нас снимают дроны, но и потому, что можно схлопотать тухлым яйцом по голове. Крикливые обезьяны всё также верещат на деревьях.

— Шлемы не снимаем, — продублировал мои мысли мастер Дик.

Влас, наконец, с помощью ругани и салфеток оттёр забрал, после чего заметил:

— Если против нас выйдут пять таких монстров, нам не справиться.

— Нам придётся справиться, даже если их будет пятьдесят, — ответил мастер Дик, потом подошёл к трупу огромного животного и размахнувшись ударил мечом по верхней лапе.

— Что ты делаешь? — поинтересовался я.

— Тренируюсь. Хочу привыкнуть к плотности его тела, чтобы понимать свои способности.

Я лишь кивнул. Сейчас посижу немного и тоже пойду этот труп покромсаю. У всех нас троих мощные тела, но мы растерялись от столкновения с необычным и массивным врагом. Ни координации, ни тактики, ни стратегии, ни отработанных приёмов. Выйди сейчас против нас второй такой же, то за счёт более высокой скорости и знания его основных атакующих движений, мы его разберём раза в три быстрее.

Но я не спешил присоединяться к мастеру Дику и Власу, усердно рубящим тело монстра в разных местах. Я «просматривал» его изнутри Восприятием. Если их действительно будет пятьдесят, мне это пригодится. Найдя несколько нервных узлов и оценив, насколько толстая кость черепа защищает мозг, я сориентировался, куда бить Очисткой. И чтобы вырубить полностью, и чтобы сильно замедлить. Рассмотрев всё, что хотел, я присоединился к тыканию в труп зверюги оружием.

Тренировка оказалась очень даже полезной. Теперь я знал, какие кости я могу рассечь при максимально сильном ударе, а какие нет. Оценил прочность глефы. Она с лёгкостью выдерживала все нагрузки, которым я её подвергал, материал был выше всяческих похвал.

Обсудив, как в следующий раз будем валить такого монстра, двинулись дальше. Но что-то моя интуиция подсказывала, что игра предложит нам что-то другое.

— Почему у них всех по шесть лап? — спросил я мастера Дика.

— Может быть и восемь, и одиннадцать. Генетики таких налепить могут сколько угодно. Это создать устойчивую популяцию сложно, а вырастить одноразовых монстров любого размера и назначения — проще простого. Здесь вот решили на шести лапах и некромантской уродливой раскраске акцент сделать. Посмотрим, что дальше нас ждёт. Подозреваю, что лап будет снова шесть и также вонять мертвечиной…