– И что?

– На этот раз она без проблем перенесла Болезнь X. Кроме того, доктор Круз смогла решить проблему, но уже постфактум.

– Как?

– Она отредактировала Болезнь X - наши лабораторные образцы и инфекцию внутри слепня - и убрала симптом сильного воспаления. Так что, несмотря на ее размер, - Карл указал на огромное существо, - если бы болезнь каким-то образом передалась от нее, сильный отек не стал бы проблемой.

Уильям уставился на него, ожидая подробностей.

– Другими словами, если бы мы вырастили нового слепня, ей не потребовалась бы стероидная терапия, чтобы пережить передачу вируса. Несмотря на то, что ее стремительный рост и неутолимый аппетит вызывают беспокойство, нам больше не о чем волноваться.

Слепень продолжала жадно лакать кровь свиньи. Длинные грубые движения отзывались в голове Уильяма, как скрежет ногтя по эмали. Он вздрогнул, глядя, как острые зубы существа безжалостно разрывают свиную тушу.

– Она всегда была такой агрессивной?
– спросил он.

– До того, как я начал экспериментировать с ней, она жила с несколькими другими самками и самцами слепней, и, скажем так, даже тогда она была главной.

– Насколько сильно изменилось ее пищевое поведение?

– Честно говоря, ничего подобного я никогда не видел в природе. Я едва поспеваю за ней. Даже когда, судя по количеству съеденного, она уже не должна была быть голодной, она все равно ест.

Уильям прикусил ноготь.

– Боже мой... ну, не стой же просто так, как немой идиот! Расскажи мне, как ты ее сдерживаешь!

Указав на контейнер, Карл подошел на несколько шагов ближе, когда слепень перестала пить. Он внимательно наблюдал, как существо стало вялым, прежде чем завалиться на бок. Насекомое лежало неподвижно.

– Ну, за последние несколько дней доктор Круз сделала ей несколько экспериментальных инъекций, - сказал Карл.
– Возможно, что последствия все еще можно обратить вспять, и мы можем избежать повторной проверки всего цикла. Но это может продлить исследование на пару недель.

– Недель?!

– К сожалению, сэр.

– Где, черт возьми, доктор Круз, в любом случае? Я хотел бы убедиться, что она должным образом мотивирована.

– Она в туалете.

– Конечно, так и есть, - усмехнулся он.
– Чертовы женщины.

Уильям наблюдал, как Карл приблизился к контейнеру со слепнем и приподнял крышку.

– Эй-эй-эй, ты что, совсем спятил, черт возьми? Разве мы только что не говорили о том, что нужно быть особенно осторожным?

Карл взял удлиненную иглу и взобрался на табурет, стоявший рядом с контейнером.

– Расслабьтесь. В этой свинье было столько лошадиного транквилизатора, что хватило бы на носорога. Она будет без сознания по крайней мере час. Мне просто нужно быстро взять образец для анализа.

Уильям кивнул, все еще испытывая неловкость.

– Только побыстрее.

Карл наклонился к контейнеру, вводя иглу в тело слепня.

– Знаете, раз уж вы в городе, вам стоит немного осмотреть достопримечательности. В этом и есть преимущество этих тайных заведений. Они всегда находятся в глуши, окруженные тишиной и природой.

– Я не уверен, что у меня есть время, - сказал Уильям.

– Если дело во времени, то до Маунт-Арчер всего около тридцати минут...

Когда Карл ввел иглу в слепня, та внезапно ожила. Звук ее жужжащих крыльев был оглушительным.

– Вот черт!
– закричал Уильям.

Слепень отбросила Карла назад. Карл слетел со скамейки и приземлился на Уильяма. Его затылок врезался Уильяму в рот и разбил губу.

Карл закричал:

– Нет! Стой...

Огромное насекомое набросилось на череп ученого, как только приземлилось. Обвив его волосатыми лапами вокруг туловища, оно вонзило свой длинный, покрытый кровью шип в лоб Карла. Кончик стержня пробил ему голову, войдя в череп и вытолкнув мозги из раны.

Когда слепень снова начала питаться, то же самое произошло и с ее дефекацией. Симптомы Болезни X проявились в полной мере, когда студенистая коричневая жижа вытекла из сморщенного заднего прохода насекомого. Из ректального отверстия потекла жидкость, запятнав весь живот Карла.

Крики Уильяма оборвались из-за того, что вниз потекли узловатые сгустки розовой жидкости, сопровождаемые потоком горячей крови. Когда осколки черепа Карла попали в открытый рот Уильяма, он сразу же закашлялся.

Повернувшись на бок, Уильям несколько раз кашлянул, прежде чем выплюнуть все еще дрожащие комки изо рта. В ноздри ударил потусторонний запах кислых отходов жизнедеятельности существа. Запах мертвых личинок, мочи и экскрементов исходил от тела Карла и пропитал трехсотдолларовые брюки Уильяма. Он сразу почувствовал отвратительное тепло фекалий, которые впитывались в его кожу и раздражали плоть.

Чувствуя предсмертные судороги Карла, когда тот завибрировал на нем, как нетерпеливая стриптизерша, исполняющая приватный танец, Уильям обнаружил, что слишком напуган, чтобы кричать. Пока кровь заливала верхнюю часть тела Уильяма, он был слишком напуган, чтобы пошевелиться.