Когда протолкнул третий палец, Эля взвизгнула так пронзительно, что едва не оглушила меня. Длинные ноги мёртвой хваткой сомкнулись на моём затылке, и она брызнула горячей струей прямо мне в рот, захлебываясь собственным блаженством.

— Пожалуйста! — взмолилась она, дергая меня за волосы, пытаясь оттащить от своего лона и тут же притягивая обратно.

— Пожалуйста, мой избранный! Артём! Я готова и сгорю, если ты сейчас же не войдешь в меня! Мне нужен ты весь! Хочу твое семя… Хочу носить под сердцем твоего ребенка!

Мой член, раскалённый до состояния каменного кола, пульсировал в такт бьющемуся пульсу, источая капли предсемени. После таких слов от возбуждения у меня едва не сорвало крышу. Если она продолжит в том же духе, я кончу, едва коснувшись её.

Приподнявшись, навис над её грациозным влажным от пота телом и припал к искусанным губам жадным поцелуем, одновременно устраиваясь между разведенных бедер. Тяжелая пульсирующая головка ткнулась во влажные, сочащиеся нектаром складочки. Мы оба судорожно выдохнули, когда раскаленная плоть встретилась с её обжигающим входом.

— Милосердие природы! — выдохнула мне в губы Эля. Её огромные, влажные глаза испуганно скользнули вниз.

— Ты же… ты же огромный! — она до крови закусила нижнюю губу, пытаясь унять дрожь. — Т-ты ведь войдешь медленно?

— Буду двигаться со скоростью ледника, — хрипло пообещал ей, стискивая челюсти до скрежета, чтобы не сорваться, и подался вперед, вжимаясь в податливую тесную щель.

Это была сладчайшая из пыток. Сжатые кольца мышц плотно обхватили ствол, отчаянно сопротивляясь вторжению, а я погружался миллиметр за миллиметром, чувствуя, как она буквально плавится вокруг меня, затягивая внутрь.

Пришлось замереть, переводя дыхание и давая ей время свыкнуться с моими размерами, а чтобы отвлечь девушку от неизбежного дискомфорта, вновь впился поцелуем в её губы, проталкивая язык глубоко внутрь.

Почувствовав, как её тело дрогнуло и слегка подалось, раскрываясь навстречу, начал медленно, плавно раскачивать бедрами. Каждый новый толчок заводил меня чуть глубже. Эля несколько раз судорожно напрягалась, её ногти впивались в мои плечи, оставляя царапины, но не отстранялась, отвечая на мои ласки со звериной яростью.

Сквозь пульсирующий жар я почувствовал, как головка уперлась в тонкую непреодолимую преграду, и девушка-лань замерла подо мной, перестав дышать.

— Это… моя невинность, — прошептала она, распахнув глаза, в которых блестели слезы и нервное предвкушение. — Когда ты заберешь её, я стану твоей навсегда.

— Скажи, когда будешь готова, — глухо отозвался я, покрывая короткими успокаивающими поцелуями её пылающие щеки и лоб.

Она зажмурилась, обхватила меня за шею и решительно потянула на себя.

— Сделай меня своей прямо сейчас.

Я тяжело выдохнул и резко подался вперед, прорывая преграду. Мышцы девушки-лани панически сжались, затрепетали вокруг моего члена, обхватывая его так туго, что у меня потемнело в глазах.

Продвинувшись до самого основания и полностью заполнив её лоно, замер. Эля глухо вскрикнула, спрятав лицо у меня на груди. Я чувствовал, как бешено колотится её сердце.

— Это… оказалось не так уж и страшно, — сдавленно произнесла она спустя минуту, смахнув со щеки единственную блестящую слезинку. — Думала, ты просто разорвешь меня пополам.

— Я никогда не причиню тебе вреда, — ласково стер влагу с её лица. — Никакой спешки.

Мы пролежали так какое-то время. Я осыпал её лицо поцелуями, неторопливо поглаживая спину, просто наслаждаясь невероятным ощущением того, как её тело сжимает меня.

Когда дыхание Эля выровнялось, скользнул рукой вниз, находя зажатый между нашими телами клитор. Всего пара умелых движений большим пальцем — и лань поплыла; боль ушла, уступив место зарождающемуся пожару. Она сама качнула бедрами навстречу, насаживаясь на меня ещё плотнее.

Я подхватил её ритм сначала медленно, осторожно вытягивая ствол почти до конца и погружаясь обратно, чтобы дать её телу привыкнуть к объему. Темп нарастал, шлепки плоти о плоть гулким эхом разносились по палатке.

При очередном глубоком толчке головка мягко ударилась в шейку матки. Эля звонко ахнула, запрокинув голову, стройные ноги мёртвой хваткой оплели мою талию, прижимая к себе, требуя продолжать.

— Ты уже готов отдать мне своё семя? — жарко прошептала она мне на ухо, прижимаясь пылающей щекой к моей. — Дай мне его, хочу почувствовать, как ты наполнишь меня!