— Это не предложение.

— А я никуда не пойду. Я хочу в душ.

Взгляд Даниэля невольно опустился на темное пятно крови, проступавшее из-под мантии. Запах здесь, в маленькой квартире, стал еще сильнее.

— Поверь, — произнес он чуть напряженнее, чем прежде, — я тоже очень хочу, чтобы ты приняла душ.

Аннабет прищурилась.

— Сейчас это прозвучало крайне подозрительно.

— Только в твоей голове.

— Ты поцеловал меня в переулке.

— У тебя была истерика.

— Сейчас я не истерю.

Даниэль посмотрел на нее. На мгновение в его взгляде мелькнуло что-то такое, отчего Аннабет вдруг стало слишком жарко в собственной квартире.

— Поэтому пока держусь.

Она застыла. Даниэль выдержал паузу ровно столько, чтобы ее щеки успели вспыхнуть, а потом усмехнулся.

— Шучу.

Аннабет схватила с кресла диванную подушку и швырнула в него. Он поймал ее одной рукой. Она посмотрела на него еще секунду, развернулась и ушла собирать вещи. На этот раз Даниэль рассмеялся уже открыто.

Собиралась она по-прежнему хаотично. В рюкзак полетели первые попавшиеся джинсы, белье, пара футболок, еще одна толстовка. В ящике стола нашелся старенький телефон, который она когда-то оставила про запас. Следом отправилась небольшая денежная заначка. Аннабет пыталась сообразить, что еще может понадобиться человеку, вынужденному внезапно скрываться от архимага, но разумных идей не возникало.

— И куда мы вообще идем?

— Ко мне.

Она замерла с футболкой в руках.

— К тебе?

— Там безопасно.

Аннабет медленно повернулась. После поцелуя фраза почему-то прозвучала совсем иначе, чем должна была. Даниэль, судя по выражению лица, прекрасно это понял.

— Даже не начинай, — предупредила она.

— Я молчу.

— Душ есть?

Вот теперь он моргнул. Аннабет почувствовала маленький прилив торжества. Наконец-то он завис.

— Есть, — ответил Даниэль.

— Горячая вода?

— Да.

— Полотенца?

— Даже чистые.

— Тогда согласна.

— Как мало тебе нужно для счастья.

Аннабет устало посмотрела на него.

— После сегодняшнего дня горячий душ кажется мне раем.

Улыбка Даниэля стала мягче, почти незаметно утратив привычную насмешливость. Он уже собирался ответить, когда вдруг замер.

Изменение произошло мгновенно. Аннабет даже не сразу поняла, что именно стало другим, — просто исчезла расслабленность. Даниэль повернул голову в сторону двери, словно услышал что-то далеко за пределами квартиры.

Три мага. Они уже подходили к дому. Веселье исчезло из алых глаз.

— Собралась?

Аннабет посмотрела на недозастегнутый рюкзак.

— Почти. Даниэль?

— Уходим. — В его голосе больше не было ни сарказма, ни игры. И от этой перемены Аннабет стало страшнее, чем от любых объяснений. Она подчинилась без единого возражения.

Даниэль забрал у нее рюкзак, другой рукой подтолкнул к окну. Аннабет увидела пожарную лестницу за стеклом и почувствовала, как внутри все холодеет.

— Нет. Только не говори, что…

— Да. — Коротко ответил вампир.

— Мы уже проходили это.

— Поэтому сейчас должно быть проще.

— Для кого?!

Но он уже открыл окно. Снизу донесся звук подъездной двери. Даниэль мгновенно перестал улыбаться.

— Быстрее.

Этого хватило. Аннабет выбралась наружу и ступила на металлическую площадку. Холодный воздух немного привел в чувство, но тело окончательно отказывалось слушаться. Она спустилась на несколько ступеней, потом еще на несколько, стараясь не смотреть вниз. Даниэль двигался следом, слишком близко, словно заранее ожидал, что она не справится.

Так и произошло. Где-то между седьмым и шестым этажами нога Аннабет соскользнула. Она даже не успела испугаться. Пальцы разжались, тело качнулось назад, перед глазами мелькнули огни двора. Даниэль поймал ее прежде, чем она начала падать. Аннабет судорожно вцепилась в его руку.

— Все, — прошептала она. — Я больше не могу.

И это была не жалоба. Она действительно не могла. Сил не осталось даже на страх. Ноги дрожали, руки едва держались за холодный металл, перед глазами все плыло. Организм, переживший слишком многое за несколько часов, наконец требовал остановиться.