Шрифт:
— Благодарю вас, отче, — проскрипел я, — я бы хотел ещё узнать о том, как Иван Георгиевич Громов смог выжить в Медногорске.
— Думаешь, он вытягивал силы из других заключённых? — внимательно посмотрел на меня священник. — Признаться, мы тоже так думали. Однако при проверке всё оказалось намного, намного интереснее. Громов обладает неким родом дара, сродни долголетию, позволяющим ему поглощать жизненную силу на расстоянии, но не из живых, а из накопителей, например, малахита. Ты ведь знаешь, что есть и другие, например, некоторые сорта озокерита.
— Спасибо вам, — проскрипел я. Признаться, я выдохнул. Последнее чего я бы хотел это уничтожать пирата-ректора. Во-первых, потому, что это весьма сложно — убить архимага, а, во-вторых, он был очень полезен, для моего дела. Впрочем, у меня оставался ещё вопрос. — Я бы хотел больше узнать о том существе, с которым мы сражались?
— Тех, кого ты так странно зовёшь Умниками, мы зовём архидемонами. Они имеют возможность обретать плоть или иначе воплощаться, так они действуют в физическом мире. Однако Господь и Бог наш справедлив. Получив подобие тела, чудовища становятся уязвимы. В таком состоянии их можно развоплотить. Нет, это их не убьёт, но нанесёт огромный урон, от которого они смогут оправиться через очень долгое, даже по их меркам, время.
— То есть Умники в этом подобны Элдьфи. Что сними не сделай, всё равно возвратятся, только через очень долгий срок.
— Элдьфи — дивный народ. Так, ты мне сказал, — пожал плечами священник. — Они, конечно, те ещё гордецы, но в большинстве своём всё же стоят лицом к свету. Даже Эвииль, которую здесь зовут тёмной, готова была отдать жизнь, чтобы уничтожить барлога, как они именуют то чудовище.
— Так это и был барлог? — удивился я, — Всегда думал, что он просто язык пламени.
— А ты-то откуда про них слышал? — настал черёд удивляться иеромонаху.
— Сказки в детстве любил читать… — пожал плечами я.
Мурка с Карлом встретили меня очень спокойно. Бывшая рысь была убеждена, что папа из любой беды выберется, и в мою смерть не поверила. Кстати, они вместе с Эви и Линой посетили похороны Коли. К моему удивлению, пришли ещё Гилви, Этиниэ и даже Эарнил. Последний был весь в повязках, но жив и, как всегда, не в меру бодр.
Место для могилы выбрали недалеко от замка. Там по словам отца Теофила, находилось старое кладбище. И правда, в паре мест нашлось что-то вроде могильных камней.
Эви предлагала устроить погребальный костёр, но я воспротивился, хотел, чтобы были обыкновенные похороны. После окончания заупокойной отец Теофил попросил меня сказать, что-нибудь. Я, немного постояв, заговорил:
— Коля тебя не выносила женщина, ты не рождался, и мы не росли вместе. Но жил и сражался ты, как герой и умер также, закрыв собой гражданских. Я никогда не забуду твой подвиг. Спи спокойно, брат.
Я первый взял лопату и стал сгребать землю в могилу. Струи октябрьского дождя стекали у меня по лицу.
Гилви вырубил на камне короткую надпись: «Коля? — 2055»
Уже на обратном пути, Мурка спросила:
— Пап, а почему ты пожелал дяде спокойного сна?
— Мы верим, дочка, что однажды наш Бог вернётся и все восстанут во плоти, и тогда. Он будет нас судить.
Бывшая рысь глубоко задумалась. Потом спросила:
— А Коля был клоном? Ты сказал, что его не вынашивала женщина, и он не рождался.
— Да, Мурка его создали искусственно,– устало проскрипел я.
— А тебя? — совершенно спокойно спросила кошкодевушка.
— Не знаю,– честно ответил я. — Вполне возможно, что тоже.
Эви удивлённо уставилась на меня. Немного подумав, спросила:
— Объяснишь?
— Постараюсь, но для начала надо перекинуться парой слов с доппельгангерами,– проскрипел я.
Я сейчас не стану передавать вам весь наш разговор, скажу только, что он оказался на удивление короток. В принципе я не узнал ничего нового, кроме того, что безымянному клону было два с половиной года. Ровно настолько простиралась память здешнего меня.
К слову, доппельгангер тоже служил богине любви и красоты, а потому очень расстроился, когда я сказал, что она не то чем себя называла. Как ни странно, он мне поверил, узнав, что я тоже побывал на эльфийской каторге.
Честно говоря, он больше расспрашивал меня об этом мире, чем я его, и порядком волновался о напарнице. Успокоился он лишь после того, как Эви уверила его, что девушке никто не причинит вреда.
Система у него была, но вот уже несколько дней как молчала. А квест на моё убийство и захват замка значился проваленным.