Передняя часть тела животного повернулась к нему.

— Заряд растёт! Сорок. Сорок три. Сорок семь. Сброс не успевает.

— Почему?

— Чужое кольцо повредило два наружных проводящих канала.

Вот она, цена чужого вмешательства.

Я мог отойти. Это было разумно.

Лазерный луч прошёл бы через экстракционный модуль, возможно, через стену и никого из нас не задел. Кроме Змея.

Разряд через повреждённые каналы мог прожечь собственную ткань вокруг органа. Контракт бы закончился. И животное тоже могло закончиться.

Взгляд на контейнерную оболочку. В ней оставался один свободный проводящий пояс. Длина — метр двадцать. До железоникелевого ребра — метр сорок.

— Не хватает двадцати сантиметров.

— Двадцати трёх, — уточнил ИИ.

— Спасибо.

Снимаю с себя страховочный трос. Его карабин был металлическим. Соединил пояс с карабином, трос — с железоникелевым ребром.

— Это не расчётная схема.

— Что поделаешь, импровизирую.

Прижал второй конец пояса к неповреждённой пластине. Змей дёрнулся. Синий разряд прошёл по тросу. Карабин раскалился.

— Заряд сорок восемь… сорок шесть… сорок два, — обрадовал помощник.

Получилось. Но затем ожил экстракционный модуль. Не полностью. Одна резервная система ещё работала. Манипулятор резко развернулся и ударил по тросу. Карабин сорвало. Путь сброса исчез. Заряд снова пошёл вверх. Твари!

Шагнул к злосчастному модулю. Тот угрожающе поднял манипулятор. В ответ ударил его механической ногой. Корпус полетел в стену. Одна опора сломалась.

Наступил на манипулятор и вжал его в кварц.

— Заряд пятьдесят один! — переживает Арх.

Дотянулся до карабина, перчатка коснулась металла. Модуль дёрнулся под моей ногой, прижал его сильнее. Цепляю карабин за основание манипулятора — контур замкнулся. По тросу прошёл бело-синий огонь сброса энергии.

— Пятьдесят… сорок семь… сорок один… тридцать шесть, — отсчитывал помощник.

Змей выгнулся. То ли рефлекторно, то ли готовясь прийти в сознание.

Контейнерная оболочка треснула по наружному слою. Одна фиксационная лента лопнула. Положение ухудшалось с каждым мгновением. Радовало лишь падение уровня заряда:

— Тридцать. Двадцать семь. Двадцать четыре.

Призменные блохи начали возвращаться. Был очень рад их поведению.

— Нервная активность?

— Стабилизируется. Поддерживающая смесь введена полностью. Координированное пробуждение не развивается.

Экстракционный модуль под ногой перестал двигаться — электричество из Змея выжгло управление.

— Активные сигнатуры?

Архивариус немного задумался.

— В тоннеле нет. Два слабых источника удаляются через правую стену.

— Догоним?

— С вашим плечом? Скорее нет.

Ну нет, так нет. Подождал пару минут, заодно выжидая некоторого «успокоения» Стеклянного Змея — никто больше не заявился. Клеопатра снова стала тихой настолько, насколько вообще умела.

— Состояние объекта?

— Жив. Сознательная реакция снова не определяется. Лазерный заряд двенадцать процентов и снижается. Циркуляция стабильна. Повреждение кожи от чужого изоляционного кольца — ориентировочно ноль целых один процент поверхности.

— Орган?

— Функционален. Два наружных проводящих канала повреждены, но внутренний накопитель и зеркальные мембраны целы.

— Контейнер?

— Наружный слой рассечён на участке шестьдесят четыре сантиметра. Две фиксационные ленты потеряны. Герметизирующий контур не замкнут.

— Станина?

— Вы держите её половину в руке.

Посмотрел. Действительно держу. Отбросил обломок в сторону.

— «Шёпот»?

— Осталось два боеприпаса с шоковым гелем.

— «Вдова»?

— Рабочий газ практически израсходован. Остатка с трудом хватит на короткий импульс.

— Дротики?

— Два корпуса под нейропарализатор по-прежнему не активированы.

Список становился крайне неприятным.

Снял со стены первый прибитый хирургический дрон.

Кинетическая игла прошла через корпус, но часть памяти могла сохраниться. Как оказалось, не сохранилась.

— Стерильная очистка при потере канала, — сообщил Архивариус. — Основной буфер уничтожен. Идентификаторы производителя удалены.