Шрифт:
Линь Вэй парил над водой! Его вечно аккуратные волосы растрепал поднявшийся невесть откуда ветер! И в свете утра его фигура в небе выглядела как явление героя из древних мифов!
Я бы не нашёл другого слова для того, что видел: княжич не бежал, отталкиваясь от воздуха или от поверхности воды, как делают опытные культиваторы, которые ловко скользят по воде силой ци. Нет, он именно парил! Будто у него за спиной распахнулись журавлиные крылья, а сама болотная гладь признала его волю и расступилась перед ним, когда меч рассёк её одним широким и стремительным взмахом!
Две огромные волны медленно и лениво поднялись, залили камыши и подняли лодки.
Оттуда кричали, я слышал отдельные слова сквозь плеск и рёв воды — «Стойте!», «Отступите!», «Что вы делаете?! Это слишком!» — но Линь Вэй не обращал на них никакого внимания. Он нырнул следом за расколотой волной, прямо в разошедшуюся толщу воды, на самую глубину, где Змей всё ещё держал меня в кольцах, и клинок в его руке продолжал полыхать, окружённый невероятным и не гаснущим сиянием.
— Пятая техника Журавля: Небесный Разрез!
Усиленная мечом волна ци ударила в бронированную чешую, заставив тварь вздрогнуть и чуть отступить, но Змей не собирался отпускать свою добычу так просто.
Вода с грохотом сомкнулась над нами!
Чудовище развернуло голову навстречу новому противнику, пасть распахнулась, обнажая ряды белых отточенных клыков, и за этим последовал молниеносный и стремительный бросок, в который Змей вложил всю оставшуюся у него ярость. Линь Вэй увернулся в последний миг: тело его вывернулось с невероятной лёгкостью, будто вода не имела над ним такой власти, как надо мной, и сияющий клинок опять обрушился вниз, оставляя на боку чудовища новую дымящуюся рану.
Змей неслышно взревел. Сквозь шум в ушах я услышал лишь басовитое гудение всего его тела, и чудовище метнулось снова, на этот раз пытаясь одновременно удержать меня и достать нового врага пастью, но я не собирался висеть бесполезным грузом в его кольцах.
Возможность вдохнуть воздуха придала мне сил и прояснила голову от ядовитого тумана. Собрав остатки энергии, я направил ци в собственные руки, чувствуя, как пальцы вытягиваются, кожа грубеет, а на кончиках прорастают длинные и крепкие тигриные когти, наполненные звёздным металлом. Я вонзил их прямо в грудь чудовища, где под слоем изуродованной скверной плоти моим чутьём угадывалось нечто плотное и инородное, заметно отличное от остального тела. Там было ядро мерзости, средоточие всей заразы, превратившей некогда обычного зверя в это чудовище. И я собирался добраться до него!
Когти вошли весьма глубоко, пробивая чешую, но ядро было укрыто так же надёжно, как и у Медведя. Оно было окружено плотными слоями изменённых мышц, и я чувствовал, что одному мне не разбить эту защиту, сколько бы сил я ни вложил в удар, особенно тут, под водой. Но сдаваться я не собирался, и принялся рвать и терзать преграду, не обращая внимания на взвившееся вокруг меня облако яда и чёрной крови. Мне дали шанс всё закончить, и я сделаю это!
Я доберусь до ядра мерзости, чего бы мне это ни стоило!
Я призвал свои дротики и гарпун, и они вырвались на волю, раздирая шкуру Змея и повисли вокруг меня в воде, готовясь к новому удару. Я собирался ослепить тварь, чтобы у нас было хоть какое-то преимущество!
Линь Вэй тем временем, окружённый вихрем пузырьков, нанёс новый удар, потом ещё один! Оба удара были быстрые и точные, но недостаточно сильные, чтобы тотчас же решить исход схватки. Даже в облаке скверны и чёрной крови я увидел, как выражение лица княжича меняется, становясь сосредоточенным до предела. Клинок в его руке вспыхнул ещё ярче, свет прошёл сквозь толщу воды, разгоняя скверну.
Стальное Перо, меч-артефакт…
Когда-то с его помощью я вызвал целую бурю… Но я тогда был шестой звездой, а Линь Вэй — всё ещё пока четвёртой. И ему не хватало сил, поэтому он принял решение. Линь Вэй говорил о мече с почтением и использовал очень осторожно, никогда не пуская в ход всю заключённую в клинке силу, но сейчас, судя по всему, настал именно такой момент. Меч отозвался на его волю, и Линь Вэй, оттолкнувшись от воды с невозможной для обычного человека силой, устремился прямо к голове Змея.
Если бы Змей не дёрнулся в последний момент, то клинок точно вошёл бы между горящих жёлтым светом глаз чудовища, пробивая костяные наросты и пронзая череп насквозь одним стремительным и безжалостным движением. Но хитрая тварь была в своей стихии, такая же быстрая, как и Линь Вэй, даже быстрее!
Змей, уворачиваясь, выгнулся всем телом, и кольца, сжимавшие меня, резко разжались. Меня словно отшвырнули прочь. Клацнула невероятно быстрая пасть, и Змей вырвал меч из руки княжича!
Глаза Линь Вэя распахнулись, но он не медлил ни мгновения: он бросил меч, оставив клинок в пасти Змея, схватил меня за плечо одной рукой и рванулся вверх, к далёкой, подёрнутой рябью и пеной поверхности.