Шрифт:
— Векшина Нина! — объявила со сцены секретарь.
Я встала, огладила платье и направилась к сцене.
Татьяна Олеговна протянула мне красный диплом и сказала:
— Ниночка, ты моя гордость.
— Спасибо, — смущённо ответила я, беря диплом.
Уже уходя со сцены, бросила взгляд на экран.
И оцепенела.
На огромном полотне была изображена пара. Я и незнакомый парень. Мы, обнявшись, стояли в золотистом тумане.
У меня сердце билось о рёбра так, что мне стало невыносимо больно. Я прижала ладонь к груди и тихо простонала:
— Кто ты?
В голове пронеслись мысли:
Почему я скучаю? Почему мне тебя не хватает? Почему тебя нет рядом?
В зале стало тихо. Кто-то из студентов зашептался, кто-то засмеялся.
Ко мне подошла секретарь и взяла за руку.
— Идём, — едва слышно произнесла она.
Женщина отвела меня за кулисы и вывела на улицу.
— Нина, подыши свежим воздухом.
Вдохнув, я начала задыхаться. Слёзы хлынули из глаз. Я беззвучно зарыдала.
— Сядь на скамейку, — секретарь подвела меня к лавочке.
Я опустилась и закрыла лицо ладонями.
— Посиди, успокойся, — сказала она и добавила: — а мне нужно вернуться в актовый зал.
Опустив руки, я закивала.
— Да-да, идите, конечно. Со мной всё будет нормально.
Дыхание постепенно выровнялось. Я положила диплом в сумочку, смахнула с лица влагу, встала и пошла на остановку.
Я шла и бубнила себе под нос:
— Это просто картина. Я создала её. Я вложила душу. Я просто сегодня перенервничала.
Добравшись до дома, вошла в квартиру, рухнула на кровать и уснула.
Глава 31
Глава 31
Ближе к вечеру я проснулась.
За окном закат золотил дома и кроны деревьев. Я лежала на кровати, уставившись в потолок, и чувствовала себя выспавшейся, но пустой.
Я встала и побрела на кухню, чтобы вскипятить чайник.
Пока вода грелась, я взяла телефон и написала бабушке:
«Приветик. Диплом у меня. Я дома».
Отправила и тут же получила ответ:
«Умница моя! Горжусь тобой. Приеду, отметим тортиком».
Чайник закипел, я навела себе кофе и уставилась в окно. Соседи выгуливали своих собак. Несколько бабулек сидели на лавочке. Подростки, сбившись в стайку, стояли на детской площадке. Всё как обычно… Кроме мысли, что я что-то упускаю важное.
Последующие две недели прошли как в тумане. Я гуляла по Воронежу, смотрела на прохожих, делала зарисовки в скетчбуке.
Иногда доходила да Кольцовского сквера, садилась на скамью и смотрела на фонтан. Бесцельно прогуливалась по проспекту. Сидела за столиком уличного кафе и пила облепиховый чай.
Люди вокруг куда-то спешили. А я смотрела на них и чувствовала себя чужой.
Я будто смотрела документальный фильм, который всё никак не заканчивался.
Возвращаясь домой, готовила ужин и включала телевизор. Читала книги, но забывала о чём она, перелистнув страницу.
В один из таких дней, я, гуляя по центру, увидела афишу. На ней было написано, что завтра состоится городская ярмарка мастеров.
Что-то внутри меня отозвалось. И я решила посетить выставку ремесленников.
Проснувшись утром раньше обычного, надела длинный коралловый сарафан, надела балетки в тон, взяла сумочку и вышла из дома.
На площади уже толпились люди. Пахло свежей выпечкой и мёдом. В каждой палатке стояли столы, на которых были разложены украшения, деревянная посуда, керамика и сладости.
Я медленно пошла между рядами, любуясь представленным товаром.
Мастера стояли за прилавками и что-то объясняли покупателям. Кто-то плёл корзины, кто-то разрисовывал посуду, кто-то вырезал из дерева.
Остановившись около стола, на котором была выставлена посуда, взяла в руки глиняную кружку.
Пожилая женщина улыбнулась мне.
— Нравится? — спросила она.
— Очень. Она как будто светится изнутри.
— Это глазурь. Я её сама делаю.
— Красиво, — я провела пальцем по краю чашки. — А сколько стоит?
— Двести пятьдесят.
Я достала деньги из сумочки и положила на стол. Женщина протянула мне кружку.
— Пусть она долго тебя радует.
— Спасибо, — я улыбнулась ей и пошла дальше.
Увидев палатку с серебряными украшениями, остановилась и начала рассматривать подвески.
— У вас хороший вкус, — услышала я мужской голос и резко обернулась.
Рядом стоял высокий парень. Светлые волосы, насмешливый взгляд. На нём была простая светлая рубашка, тёмные джинсы. Ничего примечательного. Но вот шрам на виске… Привлёк моё внимание.