Шрифт:
Я обожала подслушивать разговоры и придумывать жизни незнакомцев, но разговаривать с людьми, которых не знала, меня нервировало. Еще один остаточный «подарок» детства. Нам вбивали в голову, что незнакомцы — это всегда плохо. Жизнь с Джеремайей так и не избавила меня от этого ощущения.
Но Зак вернется с секунды на секунду. В какие неприятности я вообще могла вляпаться, просто будучи вежливой?
— Я впервые в Монтане, — сказала я. — У вас очень красивый штат.
Он ухмыльнулся.
— Спасибо. — Он назвал свое имя, и я тут же его забыла. — Смотрю, ты притопываешь. Потанцуем?
Я посмотрела туда, где люди смеялись и дружно топали, выстроившись в ряды. Откуда они все знали движения? Они что, впитывали их через воздух?
— Я не знаю этот танец.
— Это не важно. Он простой, быстро разберешься. — Он махнул бармену. — Два шота текилы.
Бармен налил, он поднес свой стакан к губам.
— Не знаю, поможет ли это выучить шаги, но веселее точно будет.
В этот раз текила жгла меньше.
Он помог мне слезть со стула и водрузил мне на голову свою ковбойскую шляпу.
— Пойдем, сделаем из тебя ковбойшу, сладкая.
— О нет, нихрена, — с приятной вежливостью сказал Зак, появляясь у меня за спиной.
— Он про танец, — объяснила я, улыбаясь ему. Он посмотрел на меня сверху вниз, и уголки его губ дрогнули. В животе разлилось тепло. — Я не собираюсь на самом деле скакать на лошади.
Мужчина усмехнулся.
— Не на лошади, нет.
— Еще раз, — сказал Зак, — нихрена. — Он снял с моей головы шляпу и протянул ее обратно. — Будь добр держать свою шляпу при себе. И все остальное, с чем ты рассчитываешь уйти отсюда.
Мужчина поднял руки.
— Эй, мужик, она сказала, что вы не вместе. Я не пытался клеиться к твоей девушке.
Зак дернул меня за косу, привлекая внимание.
— Ты не сказала ему, что мы вместе?
— Семантика. — Я подняла на него взгляд, чувствуя легкую размытость. Он злится? Нет, он смотрел на меня тем самым прищуренным взглядом. — Это другой вид «вместе». Кажется, произошло недоразумение.
— Вот как? — Его восхитительный рот изогнулся в улыбке. — Тогда давай я кое-что проясню.
Он схватил меня за запястье и двинулся к моей талии так, что я инстинктивно попыталась его остановить. Я распахнула глаза, поняв, что он собирается сделать.
— Ты не посмеешь, — выдохнула я.
Я отступила на шаг, и он тут же пошел следом.
— Герцогиня, сейчас ты узнаешь, что, когда дело касается тебя, есть очень немногое, на что я готов.
И с этими словами он нырнул плечом мне под живот и закинул меня на себя пожарным захватом. Я взвизгнула и принялась колотить его по спине, пока он уверенно выносил меня из бара.
— Ты вообще понимаешь, что ты делаешь? — потребовала я, когда он поставил меня на ноги на тротуаре.
— Доходчиво объясняю. — Он сжал мой подбородок большим и указательным пальцами. — Я не делюсь, Ханна. Понятно?
Мой взгляд метался по его лицу в поисках ответа, потом я дернула головой и вырвалась из его хватки.
— Нет, вообще-то не понятно. Ты все время делишься.
— Нихрена. — Он замер, нахмурившись. — Подожди, ты про тройнички? Было дело, да.
Ну конечно. Я фыркнула и закатила глаза.
— Нет, я не про тройнички. Я о том, что ты спишь со многими женщинами, и логично предположить, что они спят не только с тобой. Это просто секс. Как у нас.
Он рассмеялся.
— Никакого сравнения, герцогиня. Те женщины? Это было на один раз. Иногда на два, но случайно. Они становились прошлым в ту же секунду, как мы снова надевали одежду. Так что нет, это не было «делиться», если на следующую ночь мы оба уже шли дальше. С нами все иначе. Ты и я — это продолжается, и не важно, одеты мы или раздеты.
Что он вообще говорил? Что между нами не просто секс?
— Зак… — Я осеклась. Рот несколько раз открылся и закрылся, так и не выдав ни слова. Я часто заморгала. — Ты хочешь сказать, что ты мой парень?
В его лице мелькнула неуверенность, отражая мою собственную. А хочу ли я вообще, чтобы он был моим парнем? Не разрушит ли это все?
Он наклонился ближе.
— Называй это как угодно, лишь бы ты понимала: в твоей постели я один. — Он взял меня за руку. — А теперь пойдем, герцогиня. Пора начинать твой первый урок.