Подумав об этом, Рахманов сказал:

–  По вашей версии, человека, который предложил вам перегнать трейлер в Сухуми, вы раньше не знали?

–  Точно, не знали.

–  Может, хоть что-то о нем слышали? От кого-то?

–  Ничего мы о нем не слышали. Увидели в тот день в первый раз.

–  В таком случае ваша версия не проходит.

–  Почему это не проходит? Очень даже проходит.

–  Не проходит. Посудите сами: в трейлере, который вы привели в Сухуми, находилось товара больше чем на миллион рублей. Ясно: двум незнакомым людям перевозку таких ценностей никто не доверит. Разве что сумасшедший. Может, он и был сумасшедшим?

–  Скажете тоже, сумасшедший... Он не сумасшедший.

–  Я тоже так думаю. Человек, о котором вы рассказали, на сумасшедшего не похож. Наоборот, судя по его предусмотрительности, он все хорошо продумал. Такой человек рисковать не будет. И не доверит вам товара на миллион рублей, если вас не знает.

–  Так, гражданин следователь, поэтому он и взял именно нас.

–  Что же заставило его взять именно вас?

–  То, о чем вы только что сказали. Не хотел рисковать. Мы его не знаем - не сможем и заложить. А трейлер... Он нам сказал: вот вам, ребята, маршрут в Сухуми. Езжайте строго по нему. Не сворачивая. И без шуток. Свернете куда или, не дай бог, трейлер попробуете увести, пеняйте на себя. После таких слов, ясное дело, мы с Колей гнали строго по маршруту. Жизнь дороже.

Клюев по-прежнему смотрел на Рахманова твердо и невозмутимо. Кажется, он, Рахманов, недооценил способностей Клюева и Шитикова. Клюев улыбнулся:

–  Так что, гражданин следователь, проходит моя версия. Да и не версия это. Сами видите - это чистая правда. Во всем.

А ведь точно, подумал Рахманов, версия до удивительного похожа на истинную... Может, она в самом деле истинная? Нет. Конечно же нет. Но тогда остается одно; твердо придерживаться намеченного плана - постараться выжать как можно больше деталей сначала из Клюева, потом из Шитикова и, если в показаниях окажутся разночтения, уличить каждого во лжи.

Продолжив допрос, он постарался выяснить буквально все о поездке Клюева. Сначала вопросы касались только отрезка Москва - Смоленская область. Покончив с этим, взялся за дорогу от Смоленской области до Сухуми, призвав на помощь весь свой опыт и умение. Но нет, Клюев отвечал уверенно, без сбоев. Больше того, иногда добавлял подробности от себя, будто действительно хотел помочь следствию. Предложив Клюеву подписать каждую страницу протокола и просмотрев еще раз показания, Рахманов понял: опровергнуть изложенную версию будет очень и очень непросто. Особенно если они так и не найдут водителя светло-серых "Жигулей". Спросил:

–  Клюев, вы знаете, что стало с водителем трейлера, который вы с Шитиковым перегнали в Сухуми?

Клюев довольно искусно изобразил недоумение:

–  Да нет... Откуда мне знать... Я же говорил, что не знаю.

–  Его убили.

–  Что, серьезно?

–  Серьезно.

–  Надо же... Хотя мужик тот мог. Вполне мог.

–  Не знаю, кто мог. Но сами понимаете: у нас есть серьезные основания подозревать в этом убийстве вас. И Шитикова.

Клюев пригнулся, всматриваясь в Рахманова:

–  Нас? Но мы-то здесь при чем?

–  При том, что убийство произошло там, где остановились "Жигули". У обочины шоссе Ольша - Велиж. Девятого июля.

–  Так мало ли кто его убил... Я же сказал: мы сидели в машине. И никуда не выходили.

–  Не знаю. Есть факт: в момент убийства вы находились рядом с убитым.

–  Ну и что? - Следующую тираду Клюев произнес, довольно точно наиграв невиновность - протяжно, монотонно, жалобным голосом: - Может, тут целая мафия орудует? Что же, мы должны отвечать? На нас свалить легче легкого. Вы найдите этого мужика. И спрашивайте с него...

Выждав, пока Клюев закончит, Рахманов кивнул:

–  Постараемся. Пока же, до выяснения всех обстоятельств, вынужден вас задержать.

–  За что? Что я такого сделал? Я же дал подписку!

–  Подписка была с вас взята раньше. Теперь ее недостаточно. По вашим же показаниям, вы нарушили несколько статей Уголовного кодекса.

–  Интересно, какие это?

–  Девяносто восьмую и сто девяносто шестую Уголовного кодекса РСФСР использование подложных документов и уничтожение госимущества. Кроме того, как я уже сказал, вы подозреваетесь в совершении более тяжкого преступления - убийства.

–  Какого еще убийства? На каком основании?

–  На основании фактов. Так что с этого момента вы считаетесь задержанным.

Рахманов вызвал конвоира, и Клюева увели. Через пять минут, ровно в четыре, в кабинет вошел Шитиков. С ним сначала все происходило так же, как с Клюевым. Но как только Шитиков понял, что следственная группа побывала в Сухуми, он тут же заявил о желании рассказать всю правду. До конца. И почти слово в слово изложил уже знакомую Рахманову версию... Во время допроса Рахманов задавал точно такие же вопросы, какие задавал Клюеву. Но, не считая редких сбоев, что было вполне естественно, ожидаемых серьезных противоречий в ответах не было. Каких бы мелких деталей не касались вопросы Рахманова, Шитиков давал на них ответы, в точности совпадающие с ответами Клюева.