Комиссар обернулся, ожидая увидеть новоприбывшего капитана Астартес. То, что он увидел, заставило его остолбенеть.

Голос принадлежал не человеку. Это был шагающий саркофаг из железа, керамита и абсолютной преданности. Дредноут Черных Храмовников.

— Вы комиссар Харрус? — повторила машина, когда человек не ответил.

— Т-так точно… Это я.

Пятиметровая махина возвышалась над ним, покрытая древними печатями чистоты и крестами. Харрус знал о Дредноутах, но видеть вживую этот аватар войны было настоящим потрясением.

— Я брат меча Харагон. Капеллан направил меня сюда для вашей поддержки. Какова ситуация?

— Мы остановили орков. Переходим в контрнаступление. Ваши люди готовы поддержать прорыв.

— Не поймите меня превратно, комиссар. Меня прислали для огневой поддержки, а не для командования сектором.

— Н-но…

— Это прямой приказ, комиссар. Вы командуете.

Харрусу хотелось завыть. Вместо того чтобы прислать офицера на замену, ему дали в подчинение ходячий танк с душой легендарного ветерана! Внутри Дредноута находились только величайшие воины Ордена, чей боевой опыт насчитывал столетия. Командовать таким существом было… кощунством. Но Харрус быстро взял себя в руки.

— Разведка докладывает об огромном орке прямо по курсу. Метров шесть в высоту. Остальные зеленокожие слепо идут за ним. Вероятно, это и есть Каудильо орды. Если мы убьем его, Орда рассыплется.

— Вас понял. Я иду за ним. Я принесу его голову, и мы закончим эту войну.

— Да пребудет с вами Свет Императора, брат Харагон.

Дредноут развернулся и с грохотом зашагал в самую гущу сражения. Харрус выдохнул. Присутствие этой машины пугало его до чертиков. Но времени на отдых не было — нужно было управлять фронтом.

Тем временем в центре поля боя реальность стонала от ударов двух невероятных сил.

Дуэль Халдредда и Канана была настолько яростной, что бойцы вокруг переставали сражаться, чтобы просто посмотреть на это.

Со стороны казалось, что Канан доминирует — беловолосый орк обрушивал град сокрушительных ударов, не давая Астартес продохнуть. Но всё было иначе.

Халдредд идеально блокировал каждый выпад, но его разум был в смятении. Почему орк знает его имя? И почему… почему ему кажется, что он уже дрался с этим существом? Каждое движение орка, каждый замах, каждый финт — всё это читалось инстинктивно. Но отвлекаться в бою — значит умереть.

Халдредд едва не лишился головы. Канан обеими руками обрушил секиру в смертельном ударе. Капеллан успел подставить Крозиус в последний момент, и после чудовищного силового давления смог оттолкнуть орка.

— Поразительно. Никогда не думал, что встречу грязного ксеноса с таким мастерством владения клинком, — произнес Халдредд на низком готике, уверенный, что орк ничего не поймет.

Но ответ заставил его кровь похолодеть.

— Человечество никогда не изменится. Такое же невежественное, как и всегда.

Слова прозвучали на идеальном Высоком Готике. Без единой запинки. Без орочьего акцента. Язык знати Империума из пасти зеленокожего чудовища.

— Что… Не ожидал. Признаю, мразь, ты сумел меня удивить.

— Такие же самоуверенные. Есть вещи, которые, к сожалению, не меняются никогда.

И тогда Халдредд это увидел. Несмотря на бушующую ярость, орк принял абсолютно хладнокровную, жесткую боевую стойку. Канан отвел правую ногу назад, перехватив древко топора двумя руками, превратившись в незыблемую скалу. Это была идеальная стойка мечника. Классическая стойка Черных Храмовников.

— Быть того не может… — прошептал Халдредд.

— Приготовиться к столкновению!

Крик маршала Вернера эхом разнесся по всем каналам связи флагмана человеческого флота. Битва в космосе превратилась в тотальный хаос. То, что еще недавно было величественными кораблями безупречной готической красоты, теперь превратилось в помятые куски металла, которые из последних сил пытались функционировать.

Когда орочьи корабли оказались на дистанции поражения, оба флота обрушили друг на друга всё, что у них было. Оба флота обладали подавляющей огневой мощью, от которой содрогался сам Имматериум.

Флагманом армады Империума выступал грозный линкор класса «Император», с мостика которого маршал Вернер в мельчайших деталях наблюдал за театром военных действий. Корабль был оснащен пятью орудийными башнями, батареями макропушек и ангарами для истребителей по левому и правому борту, а также орудиями на носу и корме. Его корпус был поистине титаническим, а спереди сияла великолепная красная броня, украшенная культовой головой имперского орла. Его имя — «Имполютус». Флагман Каликсидского Крестового Похода.