Деревня за частоколом спит, но не вся, иногда можно заметить какие-то шевеления. Молот у реки тоже ухает без перерывов, Дагне, по-моему, сон выдают по большим праздникам. От пруда, если прислушаться, долетает колыбельная, ночная вахта несет службу с песней, как и положено, а у гнилоходовой ямы теплится костерок дежурных. Тихо у нас, по-рабочему.

Дальше выяснилось, ради чего меня, собственно, держали тут весь вечер. Пока я обнимался с горном и супом, начальник времени не терял. С лордом он, оказывается, успел обсудить целую гору вопросов, со старостой они тоже поговорили обстоятельно, и из города к нам выдвинутся дополнительные силы, готовить оборону. Помощь обещана серьезная, десяток новых повозок и два десятка крепких коней, а прибыть все это добро должно в ближайшее время.

Кое-какие планы после таких переговоров переехали. Мой дом, например, из первых очередей ушел, мягко говоря, на второй план, и я в целом не против, все равно жду керамзит. А вот сам керамзит в списках подрос, из третьего частично перебрался во второй.

Людей на него теперь выделят больше, а моего времени уйдет меньше, ведь примерный чертеж горна мы уже составили, железо за Дагной, осталось выжечь шамот и наделать из него полукруглых плит, а сборку мужики осилят по бумаге. Мое участие оформляется по всем правилам пока еще не зарегистрированной гильдии и называется красивым словом мастер-монтаж. То есть я присутствую и наношу руны, а заодно подсказываю, что куда монтировать. Руками же работает бригада. Название солидное, не подкопаешься, главное, самому не запутаться, где я мастер, а где просто мимо проходил.

Ну а моя основная задача теперь выглядит просто. Каждый день обходить и контролировать все это хозяйство, вести сразу несколько объектов там, где Корш не будет справляться, а все оставшееся время заниматься супом.

— Кстати, я же что хотел сказать, — вспомнил я, когда стопки на столике начали наконец иссякать. — Во-первых, мне надо будет отлучиться. Но это ладно, это я и так сделаю. А во-вторых… — я замялся, соображая, как бы это преподнести. — Помнишь, Кейн хотел сходить на разведку к Пустоте?

— Исключено. Лорд запретил, — отрезал начальник, даже не дослушав до конца.

— Да вот запретить-то он запретил, — не стал я спорить. — Только сходить все равно надо. И не на разведку.

— Поясни, — нахмурился Корш, и уголек в его пальцах замер.

— Суп варить. Река для него недостаточно холодная, да еще и Основа в ней плещется. Чтобы суп сварился получше, нужен холод и желательно отсутствие этой самой Основы. А такие условия нам может предложить только Пустота. Так что в идеале поэкспериментировать бы с варкой прямо там, — я мотнул головой на север, в сторону, о которой в деревне стараются лишний раз не вспоминать.

— Сложно, — начальник поскреб затылок, а жест этот у него редчайший.

— Нелегко, согласен, — признал я. — Но мы же не в саму Пустоту полезем. Не так далеко, как егеря ходили. Устроимся по самому краешку, поглядим, как она себя ведет. Если не работает, уйдем. Если работает, быстренько все наварим и спокойно пойдем домой. Не вижу проблемы.

— Сложность не только в этом. Лорд запретил ходить на разведку, для этого есть егеря, и они отбыли вместе с ним.

— Ну так какая же это разведка? — пожал я плечами. — Это научный эксперимент, он по другой статье проходит. Слушай, а может, со старостой поговорить? Могу сам сходить, он вроде допоздна не ложится…

— Нет, — Корш аккуратно отложил уголек. — Говорить буду я. А ты иди, вон, суп проверь. Впрочем, завтра тяжелый день, запуск горна, по плану начало стройки ангара. Так что проверь суп и отправляйся отдыхать. Основные вопросы я уяснил, твоя помощь мне больше не нужна.

Меня, выходит, выставили с моего же собственного планирования, и возразить, как назло, нечем, начальству виднее. Волосян мигнул мне вслед, и понимай как хочешь, прощание это или намек на расценки за ночные смены, а я зашагал через спящий участок к реке.

Шагал я через участок и тихонько ворчал себе под нос, чтобы никого не разбудить. Дом, значит, снова подождет, а я еще и кивал, мол, не против, керамзита ведь пока нет. Одно дело кивать над бумагами, и совсем другое брести глубокой ночью в сторону навеса, тут сознательность отваливается сама собой.

Обидно все-таки, спать с каждым днем становится всё некомфортнее, ночи стоят уже не летние, и скоро придется идти на склад за шкурой медведоеда, кутаться в нее с головой. Потом за второй шкурой, потом за третьей, и так, пока рядом с каркасом нормального будущего дома не вырастет дом из шкур. Матрас у меня, положим, теплый и даже дышит, но греет он только снизу, а сверху подбирается холод. Чувствую, все удобства в итоге придется обустраивать прямо под навесом, и на этом строительство жилья мастера можно будет считать завершенным.

Вот только до навеса я не дошел, ноги свернули к реке. Ну а что, вариантов нет, надо посмотреть, да и велели мне прямым текстом, сначала суп, а уж следом отдых.

Подошел к изгороди, нырнул в проход, и уже возле самого бункера пришло понимание, что открывать горшочек вот так, в лоб, вариант плохой. Кто его знает, как варево провело вечер. Вдруг суп за это время испортился окончательно и лежит теперь с одним процентом стабильности, ждет, пока его кто-нибудь разминирует путем подрыва.