Иванов Алексей Аркадьевич
Шрифт:
– Кто в Ковязине не знает всех?– закуривая, буркнул Моржов.
За жилым корпусом мягко заурчал двигатель машины. В дальней темноте вдруг вспыхнула озарённая фарами железная арка ворот «Троельги» - словно реклама в ночи Лас-Вегаса.
– Мы… - растерянно и виновато пробормотала Соня.– Он… Лёнька с подружкой моей как бы ходит… Ну, из дома моего…
– Ага, - заржал над мангалом Ленчик.– Ходит. Входит и выходит.
– Ты, салага, молчи давай, - одёрнула его Розка.
– Тварищ мильцанер!– противным пьяным голосом склочника обратился Щёкин к Сергачу.– Призовите молодёжь к порядку!…
– Я не в милиции, я в ДПС, - засмеялся Сергач, делая брови домиком.
– ДПС?– вскинулся Щёкин.– Это что за студия?… Дорожно-половой сервис? Или добровольно-принудительный секс?
– Щ-щёкин!…- свистящим шёпотом грозно сказала Розка.– Больше выпить не получишь!
Сергач засмеялся ещё слаще, а бровки его поднялись вообще стоймя. Однако во взгляде Сергача мелькнул испуг.
– На - и помалкивай.– Сергач протянул Щёкину банку пива.
– От нашего столика вашему столику, - добавила Розка.
– Плевал я на оба столика, - тотчас ответил Щёкин.
Моржов ждал возвращения Милены, а Милены всё не было. Моржов подумал, встал и пошагал обратно в лагерь.
В темноте длинная белая тонированная «Волга» Сергача напоминала череп коня Вещего Олега. Милена шла к Моржову со стороны кустов, за которыми укрывался лагерный туалет.
– Милена, вы вернётесь к костру?– поинтересовался Моржов.
Милена остановилась, зябко обняв себя за плечи.
– Н-нет, наверное, - неуверенно сказала она.– Пойду спать.
– Вам не нравится компания?– напрямик спросил Моржов.
– Поздно уже, - дипломатично ответила Милена. Моржов виновато улыбнулся и слегка наклонил голову набок:
– Милена, а если я попрошу вас вернуться и составлю вам компанию?
Милена понимающе усмехнулась.
– Вам очень хочется, чтобы я вернулась?
– Разумеется, - подтвердил Моржов.
– Только для вас!– Милена снисходительно посмотрела на Моржова, повернулась и пошла по тропинке на берег.
Моржов пошагал сзади, на ходу стаскивая с себя куртку. Милена даже со спины имела вид человека, уступившего просьбам весьма неохотно. Моржов догнал Милену и накинул куртку ей на плечи, словно бы хотел занавесить тему этой уступки. А может быть, чужая мужская куртка на Милене была чем-то вроде флага победителя, что водружается над покорённой вершиной. Теперь моржовский флаг сменил увезённый манжетовский.
Розка не обратила внимания на возвращение Милены под эгидой Моржова. Розка была поглощена Сергачом.
– Сергачёв, убери ботинки от огня!– говорила она.- Покоробятся же!… Выдали - так береги! У меня не разгуляешься! Я тебя научу в одиночку строем ходить!
Но Сергач не слышал Розку - беседовал со Щёкиным.
– Плесни-ка мне ещё этой дивной космической жидкости!– говорил Сергачу Щёкин, подсовывая железную кружку.
Моржов сразу понял, что Сергач выяснял у Щёкина, что за человек Манжетов, то есть какого клиента ему бог послал. Выгодный ли, опасный ли?… Моржов усадил Милену на брёвнышко и сам сел рядом. Милена не догадывалась, о ком говорят Сергач и Щёкин, да и не вслушивалась в разговор. А Моржов насторожился, чтобы имя Манжетова не прозвучало - иначе Милена уйдёт.
– Да он тем же, чем и ты, занимается, - говорил Щёкин.
– Да ну?– не верил Сергач и для Розки повторял: - Он, что ли, тоже в батальоне ДПС? Не гони!
– Ой, только без утрирования!– сморщился Щёкин, быстро наливаясь вальяжностью.– Я имею в виду то, что вы оба принадлежите к одному социальному классу. У меня про это есть своя теория - верная. Я - человек с самодельным интеллектом! Требую двухтомника!… А старая классификация морально исчерпалась. Сейчас общественные классы определяются вовсе не отношением к средствам производства. Забей на них!…
Сергач ржал, призывно оглядываясь на Розку и на Моржова. Ему, видимо, казалось, что всем нужно прикалываться над щёкинским куражом. Хотя Щёкин ничего смешного не говорил.
– Сейчас общественные классы определяются отношением к денежным потокам, - развивал мысль Щёкин, не обращая внимания на ужимки Сергача.– Представители самого деятельного класса создают эти потоки. Это - гниды-олигархи. Я не олигарх, нет! Ты - тоже. Ты принадлежишь ко второму классу - классу тех, кто этими потоками рулит. Обычно, руля, строят плотины, чтобы потоки текли в общественно-необходимом направлении. В зависимости от способностей такие рулевые попутно выкапывают канавки и для себя, отводя часть потока в свой прудик. Так делаешь и ты, и он.– Щёкин имел в виду Манжетова.– А я - третий класс. Я пользуюсь милостыней. Со своими одноклассниками я сижу на вершинах окрестных красивых холмов, часто вижу сны и жду, пока мне принесут в чайной ложке. Или не принесут вовсе. Вот такой расклад общественных классов, понял? Я марксист!