— Надеюсь… ты наконец-то обретешь покой… Старый Ворчун, — произнес Канан на чистейшем Готике.

Халдредд почувствовал, как дрожь пронзила последние живые нервы в его теле. Сквозь затухающее зрение и залитый кровью визор он видел лишь размытую тень, но… каким-то непостижимым образом… глубоко внутри он почувствовал умиротворение. Он мог бы отрицать это изо всех сил, но на пороге смерти лгать себе было бессмысленно.

— Пала… дин… Импера… тора… Канан… Скотт, — это были его последние слова… и последний вздох.

Услышав свое полное имя, Канан замер. Эмоциональная боль сдавила грудь. Воспоминания о его долге как защитника человечества впились в разум, словно раскаленные клейма. Но он не дрогнет. Если он действительно хочет быть верен своей клятве, он должен завершить эту кампанию. Ради прошлого. Ради настоящего. И ради будущего.

— КАНАН!

Истошный вопль Мюррея вырвал его из оцепенения и вернул в реальность кровавой мясорубки. Смерть капеллана Халдредда высвободила неконтролируемую ярость Черных Храмовников. Они с фанатичным безумием врубались в ряды орков, стремясь добраться до грязного ксеноса, убившего их командира.

До Канана снова донесся тошнотворный смрад войны, хрипы умирающих и грохот болтеров. Рана на плече вспыхнула новой болью, особенно когда он выдернул застрявший в плоти силовой меч Астартес. Этот рывок едва не лишил его сознания, но это было необходимо. Именно в этот момент к нему прорвался Мюррей, окруженный кольцом Нобов, которые насмерть бились, защищая своего Каудильо.

— Ты как, Босс?! — проорал Док сквозь грохот.

— Нормально! Не парься обо мне!

— Стоять! Я щас залатаю!

Мюррей вытащил свои жуткие медицинские инструменты, но посреди такого хаоса зашить сквозную рану было нереально. Ему нужно было утащить Каудильо в тыл, но и оставлять такую дыру в плече было нельзя. Окинув взглядом поле боя, Док принял гениальное орочье решение.

Одним рывком Мюррей оторвал черный керамитовый наплечник с трупа Халдредда и грубо пришпандорил его прямо на плечо Канана, обмотав всё это дело грязными бинтами, чтобы остановить кровотечение. Канан хотел было наорать на него за такое кощунство, но ситуация была не та. Тем более, Док действовал так уверенно, что лучше было ему не мешать.

Закончив свою "хирургию", Мюррей отдал приказ к отступлению. Нобы сомкнули ряды, отчаянно отбиваясь от наседающих Черных Храмовников. Они поклялись отдать жизни за своего Босса, и свое слово они держали. К тому моменту, когда Мюррею удалось увести Канана в тыл, от элитной сотни Нобов осталось едва ли двести… Подождите, их же изначально была сотня? Орки и математика — вещи несовместимые. В любом случае, выжили единицы. Большинство полегло, прикрывая отход. Но настоящие проблемы только начинались.

Прямо на глазах у потрясенных орков — и вне зоны видимости имперских сил — реальность треснула. Под ногами Канана и его свиты разверзся небольшой варп-портал, закручиваясь воронкой фиолетовой миазмы. И в следующую секунду все, кто находился в эпицентре этого пятидесятиметрового провала, просто исчезли. Испарились, не оставив ни следа.

А в это время, в холодной пустоте космоса, колоссальные корабли продолжали свой смертоносный танец. Но никто в имперском флоте не был готов к безумной стратегии зеленокожих.

— Альмиранте! Мы потеряли несколько фрегатов, множество крейсеров выведены из строя! Поступают доклады: орки уничтожают наши корабли изнутри! — доложил офицер.

— Это невозможно! Как?! Ни одна орочья посудина не подходила на дистанцию абордажа! Неужели… Нет, быть того не может.

Ее худшие опасения подтвердились, когда на связь вышел маршал Вернер.

— Альмиранте… Как слышите?

— Слышу отлично, Маршал. Какова ситуация?

— Орки у нас на борту. Их тысячи. Вся носовая часть кишит ими.

— То, чего я и боялась. Это были торпеды, Маршал. Они использовали их как абордажные капсулы!

— Это подтверждает наши опасения. Эти орки действуют совершенно иначе.

— Маршал, мы теряем корабли один за другим. Если так пойдет и дальше, они уничтожат флот за несколько часов. Каковы ваши приказы?

Вернер взял паузу. Ситуация была критической. Он вспомнил слова полковника Тайрона и проклял себя за то, что не прислушался к нему. Эвакуация наземных сил с Атен III займет время, но они не могли бросить своих. Они должны стоять насмерть.