— Понял, ваше благородие, — кивнул Грамсвард.

— Так, и давай на время боевой операции без всяких благородий, — приказал я. — Слишком длинно. Уж лучше мессиром называй, а лучше вообще сохранять полную тишину.

— Так точно, ваше благородие, — на автомате отчеканил минотавр. — То есть так точно, мессир, — быстро поправился он.

Ну хоть так. Небезнадёжен, да и ладно, привыкнет ещё. Быстро проделав все нужные манипуляции, я отозвал маунтов и повёл Грамсварда прямиком к вражескому лагерю, причём в обход всех постов и патрулей. В область, поражённую гнилью, мы зашли спустя часа четыре. Местность начала меняться ещё на подходе. Листья деревьев были покрыты чёрной субстанцией, а кора деревьев потрескалась и из неё вытекала зловонная жидкость. Мерзость какая. Над срочно валить этих генералов, пока они всю природу в округе не уничтожили. Очень надеюсь, что без артефакта враг не решится продолжить движение, и мы сможем оперативно найти способ упокоить тварь.

Надо будет попросить Ведьму и на других направлениях аналогичные диверсии провести. Не думаю, что у Мёртвого Герцога в арсенале имеется неограниченный запас столь мощных артефактов.

На поражённой гнилью территории природный радар начал работать гораздо хуже, и наша маскировка с блеском прошла первую проверку. Два бредущих в сторону основного лагеря костяка не заинтересовали патрулирующую местность нежить. Мало ли куда их посылали. Понятное дело, что без Грамсварда провернуть такую операцию нам с Ведьмой было бы куда проще, но проще — не всегда правильнее. Я ощущал, как с каждым новым шагом минотавр испытывает все большее уважение к молодому пареньку, что ещё совсем недавно был простым изгоем. И это важно. Ведь без уважения добиться честной службы от подчинённых невозможно.

— Как обстановка? — связался я с Ведьмой через гильдейский чат. — Мы в паре километров от тебя.

— У меня почти всё готово. Нашла удобную наблюдательную позицию, откуда прекрасно видно шатёр генерала. Двигайтесь на мою метку.

Пробраться сквозь орду разномастной нежити удалось с большим трудом. Если бы не мой морок высочайшего уровня, который не теряет стабильности даже при столкновении, нечего было и мечтать зайти так далеко. А ещё приходилось обходить мощные стационарные артефакты, стилизованные под земные хоррор-фильмы. Посохи в виде соединённых позвонков, ранее принадлежавших явно разным существам в навершии которых был установлен череп. В глазницах черепа горело изумрудное пламя, и оно мне категорически не нравилось. Череп двигался на триста шестьдесят градусов и сканировал округу заклинанием поиск жизни десятого ранга. В общем, что-то типа земных камер с тепловизором, только в магическом антураже, слишком сильно приближаться к которым у меня не было абсолютно никакого желания.

Вражеских магов тоже старательно обходил стороной. Отличить их от умертвий на первый взгляд было достаточно проблематично, но в моём распоряжении есть истинный взгляд некроманта, который позволяет видеть очень многое. Ох, сколько я себе интересных схем умертвий в записную книжку добавил. Было бы ещё время разобраться во всём этом многообразии конструкторских решений.

— Ближе лучше не подходить, — сообщила Ведьма, когда мы достигли нужной точки. — Основной лагерь защищён чем-то очень необычным, не уверена, что даже столь мощное заклинание, как у тебя, выдержит.

— Будь тут, — шепнул я Грамсварду. — Мне надо осмотреться. Не нравятся мне защитные артефакты. Явно помощнее, чем те, что попадались нам раньше.

Минотавр коротко кивнул и остался на месте, в то время как я смешался с толпой умертвий, а потом нырнул под вуаль абсолютной невидимости, которую распахнула передо мной союзница. Действовать нам придётся быстро. Мощные боевые чары, способные разрушить ментальный артефакт, засекут очень быстро. Так что уходить будем под стоптаймом. Надо только немного выждать, прежде чем начинать.

— Не факт, что за минуту успеем добежать, — оценив расстояние от цели до наблюдательного пункта, высказал сомнения я.

Здоровенную пирамиду из разнообразных черепов, установленную на повозке, я заметил давно. Жуткая вещь, надо признаться. Охраняют артефакт хорошо. Без абсолютной невидимости близко не подобраться. А ещё от пирамиды через равные промежутки времени исходят мощные волны ментальной энергии, которые вызывают неприятное покалывание в голове. Защита пока держит удар, но долго находиться рядом с таким мощным артефактом не стоит.

— Давай вначале без заморозки времени попробуем, — предложила Ведьма. — Сколько там у тебя сейчас линий вероятного будущего доступно?

— Восемь, — ответил я. — Глубина отслеживания — три с половиной минуты.

— Годится, — кивнула Ведьма. — Надо понять, как быстро они засекут наши подарочки.

— Ну что, погнали!

Стоптайм задействовать всё же пришлось. Чтобы гарантированно разрушить такую махину, решили использовать четыре рунные бомбы, которые надо было уложить на каждой из сторон пирамиды. Вот и решили для чистоты эксперимента сделать это под заморозкой времени, чтобы отсчёт до обнаружения начался сразу после деактивации скилла. Ведьма аккуратно подготовила небольшие выемки, а я во время установки ещё и мороком бомбы накрыл.

Вернувшись под прикрытие вуали, запустил время и кивнул союзнице: мол, можно уходить. Особо спешить смысла нет. Это пробный заход, и всегда можно вернуться в стартовую точку. Мы с Ведьмой уже несколько раз отрабатывали взаимодействие под хронопотоком. Если придётся перезапустить линии вероятного будущего, то я должен сообщить об этом специально оговоренной фразой, которая начинается с номера попытки.

Стоило нам удалиться от пирамиды метров на пятьдесят, как по мозгам резанул ментальный импульс. Ведьма явно ничего не почувствовала, но я сразу понял, что наши подарочки были обнаружены. Взрывать прямо сейчас слишком рискованно. Может самих зацепить взрывной волной. Заряды мы установили мощные. Поэтому вернулся в исходную точку.