Фарр, следя за изгибом хребта, почувствовал, как замедляется биение его сердца.

Колокол казался невероятно хрупким. Как он мог защитить его от растворения в глубинах нижней мантии, парящей над кипящей поверхностью самого квантового моря? Несомненно, его раздавило бы, как лист; неудивительно, что погибло так много рыбаков.

Хош открыл большую дверь сбоку колокола и с трудом забрался внутрь. Бзиа подтолкнул Фарра вперед. Приблизившись к сфере, Фарр увидел, насколько сильно потерта и поцарапана внешняя поверхность. Он провел пальцем по одному глубокому шраму; это выглядело так, как будто какое-то животное напало на это хрупкое на вид устройство, раздирая его зубами или когтями.

Обнадеживающе, сухо подумал он.

Фарр ожидал, что интерьер колокола будет чем-то похож на аэромобиль Микксакса, с удобными сиденьями и окнами, пропускающими свет. Вместо этого он въехал в полосу мрака - фактически он чуть не столкнулся с Хошем. Единственными окнами были маленькие панели из прозрачного дерева, которые почти не пропускали света; деревянные лампы испускали дымчатое, извиняющееся зеленое свечение. По всей длине оси сферы проходил столб, и Фарр уцепился за него. Там была небольшая панель управления - с двумя потертыми на вид переключателями и рычагом, - а корпус был увешан шкафчиками и чем-то похожим на баллоны с воздухом.

Бзиа ввалился в колокол. Внутри внезапно стало тесно; и когда огромные руки рыбака обхватили опорный столб, колокол наполнился сильным домашним запахом Бзиа. Хош обошел их обоих, чтобы закрыть люк - массивный деревянный диск, плотно вставленный в раму.

Они ждали в почти полной темноте. Со всех сторон корпуса доносился оживленный скрежет. Фарр, выглядывая в иллюминаторы, увидел, как портовые рабочие регулируют положение обручей из вещества сердцевины так, чтобы они равномерно окружали сферу, закрывая люк. Фарр перевел взгляд с Хоша на Бзиа. Бзиа ответил ему терпеливым согласием, темнота смягчила линии его шрамов. Надзиратель уставился в пространство, злой и напряженный.

Раздалось жужжание, странно равномерное. Весь колокол вибрировал от него. Казалось, оно пронизывало все его существо; он чувствовал, как сокращаются его капилляры. Он посмотрел на Бзиа, но рыбак закрыл свой здоровый глаз, его лицо застыло; его поврежденный наглазник был туннелем в бесконечность.

...И что-то изменилось. Что-то было отнято у Фарра, впервые в его жизни. Единственный раз, когда он чувствовал что-то отдаленно похожее, было во время той последней, судьбоносной охоты с человеческими существами, когда он испытал тот дезориентирующий страх падения. Что с ним происходило? Он почувствовал, как его хватка за опорный столб ослабла, пальцы соскользнули с дерева. Он закричал, отлетая назад.

Сильная рука Бзиа схватила его за волосы и подтащила обратно к столбу; Фарр обхватил руками и ногами твердое дерево.

Хош смеялся, его голос звучал хрипло.

Кто-то постучал по колоколу тяжелым кулаком. Теперь возникло ощущение движения - рывков, покачиваний; Фарр слышал, как тросы дребезжат о колокол и друг о друга.

Итак, это началось. В напряженной, сбивающей с толку тишине они спускались в мантию.

– Мальчик не был готов ни к чему из этого, Хош.
– В голосе Бзиа не было и следа гнева.
– Я же говорил тебе. Как он может действовать, если его невежество парализует страх?

– Поговори с потоковым, если хочешь.
– Надзиратель отвернулся со своим худым, морщинистым, погруженным в себя лицом.

– Что со мной происходит, Бзиа? Я чувствую себя странно. Это только потому, что мы спускаемся, следуя вдоль хребта?

– Нет.
– Бзиа покачал головой.
– Мы снижаемся, но это нечто большее. Слушай внимательно, Фарр; важно, чтобы ты понимал, что с тобой происходит. Может быть, это поможет тебе выжить.

Эти слова, просто произнесенные, вызвали у мальчика больше страха, чем все разглагольствования Хоша.
– Скажи мне.

– По мере того, как мы спускаемся, воздух становится гуще. Ты понимаешь это, не так ли?..

Фарр понял. В смертоносных глубинах мантии давление и плотность были настолько велики, что атомные ядра были прижаты друг к другу, вдавливались друг в друга. Структуры связанных ядер, из которых состояли человеческие тела - и вся материя, из которой состоял мир Фарра, - не могли оставаться стабильными. Ядра атомов растворялись в нейтронной сверхтекучей среде, которой был воздух; и высвобожденные из ядер протоны образовывали сверхпроводящую жидкость в нейтронной смеси.

Наконец, внутри квантового моря Звезда была похожа на единое огромное гиперядро; там не могла сохраниться никакая жизнь на соединениях ядер.

– Как этот деревянный колокол может защитить нас? Разве дерево просто не растворится?

– Это случилось бы, ... если бы не обручи из вещества сердцевины.
– Обручи представляли собой полые трубки из такого гиперонного вещества. Трубки содержали протонный сверхпроводник, извлеченный из нижней мантии. Другие трубки шли по кабелям к динамомашинам в гавани, которые генерировали электрические токи в обручах колокола.