Шрифт:
Пока это хрупкое спокойствие не исчезло, я нажимаю кнопку вызова.
— Милая? — в ее голосе столько радости, что мне становится стыдно за то, что я собираюсь сказать. — Как ты? У тебя было хорошее Рождество?
В тот день мы созванивались по видеосвязи, но мой переезд был слишком недавним, и я тогда не нашла в себе сил рассказать новости.
Я сглатываю волнение.
— Привет, Джейда. День был насыщенный: романтическая комедия и несколько бокалов вина. — Это правда. Я решила провести последнюю ночь в отеле по-настоящему. — А у вас как?
Я слушаю ее с искренней улыбкой, пока она рассказывает о Рождестве и о том, как выросли племянники и племянницы. У Джейды и Пола нет детей и, возможно, они не планируют их заводить, но именно они — самые близкие мне родители. Я никогда, ни в этой жизни, ни в следующей, не смогу в полной мере отблагодарить их за все, что они для меня сделали и продолжают делать.
— Пол наконец-то получил на Рождество электровелосипед, так что теперь ему не на что жаловаться, — смеется она. — А вот планов на Новый год у нас пока нет. Думаю, в итоге просто проведем уютный вечер дома. Мы ведь не молодеем.
Я закатываю глаза, хотя она этого не видит, и улыбаюсь.
— Да брось. Вы выглядите максимум на сорок, и ты это знаешь.
В ответ — искренний смех.
— Напомни мне звонить тебе каждый час за дозой уверенности.
— Всегда рада.
— Ты слишком добрая, Элли. А у тебя есть планы на Новый год?
Лола и Чарли упоминали сбор у озера, чтобы смотреть салют, но я пока не знаю, пойду ли.
— Возможно, встречусь с друзьями.
— Это звучит замечательно, милая, — говорит она тем мягким, материнским голосом, в котором сосредоточено все хорошее в этом мире. — Они хорошо к тебе относятся?
— Все очень добры ко мне. — Я прочищаю горло, стараясь не чувствовать себя последней дрянью за то, что собираюсь сделать. — Джейда, мне нужно… мне нужно тебе кое-что сказать.
Атмосфера меняется. Будто она стоит прямо передо мной, я ощущаю исходящее от нее напряжение. И когда она спрашивает:
— Что случилось? — тем коротким тоном, которого я не слышала уже очень давно, я понимаю, что отступать нельзя.
Я много дней думала, как сообщить это, и так и не придумала лучшего способа, поэтому решаю сказать прямо.
— Кто-то попытался вломиться в мою квартиру, и мне пришлось съехать.
Тишина.
В животе оседает тяжелый ком, но я продолжаю говорить.
— Со мной все в порядке. Они не проникли внутрь. Я понимаю, что тебе от этого не легче, но… да. Я вызвала полицию, и они сказали, что разберутся, кто бы это ни был. Похоже, я жила не в самом безопасном районе, так что они считают, что кто-то перебрал или был под кайфом и… ну, ты понимаешь.
Я решаю не упоминать про машину, чтобы не волновать ее еще больше.
Когда она молчит, я проверяю, на связи ли она. Да, на связи.
— Джейда?
Проходит еще пара секунд, прежде чем я наконец слышу ее голос.
— Это… это очень многое сразу, Элли. Ты правда в порядке? Ты сказала, что не пострадала? Куда ты переехала? Нам прилететь к тебе?
— Вам не нужно сюда лететь. Правда, со мной все хорошо. Тогда я, конечно, испугалась, но сейчас мне уже намного лучше. Я совсем не пострадала.
— Элли… — начинает она. — Элли, ты уверена, что хочешь оставаться в Бэннпорте?
— Да. — Я сама удивляюсь, как быстро это говорю. И это правда. — Да, Джейда. Я не ожидала, но мне здесь по-настоящему хорошо. Я чувствую себя дома. Думаю… думаю, я начинаю строить здесь жизнь. Такую, которая мне нравится.
— Хорошо, — уступает она. — Если ты считаешь, что так будет правильно, ты знаешь, мы тебя поддержим. Мы просто хотим, чтобы ты была в безопасности, милая, а то, что ты мне сейчас рассказала… — снова пауза. Я могу только гадать, о чем она думает. — Ты так и не сказала, где теперь живешь. Я предполагаю, что ты все еще в городе.
— Я уже давно ищу квартиру, но в пределах моего бюджета ничего нет, кроме сезонной аренды, — начинаю я и снова начинаю ходить кругами. Солнце вот-вот сядет, воздух холодеет, но я почти этого не чувствую: сердце колотится слишком быстро, ладони и подмышки вспотели. — Я какое-то время жила в отеле, а потом… Трэвис предложил мне одну из гостевых спален на своей ферме, пока я не найду что-то свое.
В ее голосе слышно замешательство.
— Трэвис? Я думала, это твой начальник. Или он твой друг?