Шрифт:
— Я считаю, — он посмотрел на меня серьёзно, — что вам это необходимо.
Скрыв скептический взгляд, я поблагодарила Михаила, но он заметил, что я приняла его подарок без должного энтузиазма.
— Лиза, это не вопрос желания, а вопрос выживания. Я понимаю, что вы не хотите…
— Не в этом дело, — перебила я его. — Я не успеваю. Понимаете? Ничего не успеваю. Нас всего трое, а хозяйство огромное. Мы разрываемся.
Михаил сел на деревянную лавку возле конюшни, всем своим видом показывая, что он готов выслушать. И у меня словно прорвало плотину. Я вывалила на него все свои хозяйственные проблемы.
— Я понимаю вас, Лиза, но учиться магии необходимо. Вы можете не только выращивать овощи…
— Но ещё и убивать, я знаю, — вдруг выпалила я и испуганно закрыла рот ладошкой.
— Быстро рассказывайте, что здесь у вас произошло, — я даже не заметила, как Михаил оказался возле меня. — Инквизитор?
Я помотала головой.
— Слава богу, — с видимым облегчением выдохнул он. — Если бы вы убили инквизитора, то боюсь, даже я не смог бы скрыть тело так, чтобы не нашла Святая инквизиция.
— Пустошные гончие, — сказала, радуясь, что даже считая, что я убила инквизитора, Михаил был на моей стороне. — Напали дня три назад. Поранили Степана.
Степан, упрямо игнорируя запрет Вари, колол дрова. Движения его были резкими. Я заметила, как он время от времени морщится и невольно прижимает бок там, где недавно была рана. Михаил заметил тоже.
Генерал-губернатор подошёл к Степану, осмотрел заживающую рану.
— Повезло, что выжили. Их яд смертелен. Агафья?
Я кивнула.
— Она единственная, кто умеет с этим справляться, — он выпрямился и посмотрел на меня. В его глазах было беспокойство. — А вы, Лиза? Что делали вы?
— Я... — я замялась, вспоминая ярость, с которой приказала земле убивать. — Я заставила корни деревьев опутать их.
— Магия Земли, — кивнул он. — Мощно, но грубо и опасно. Ты могла истратить всю силу и умереть вместе с ними. Тебе не хватает навыков защиты. Нельзя каждый раз бросаться в бой, надеясь на чудо и силу крови.
Он не заметил, как перешёл на ты, а у меня потеплело на сердце. Значит, я ему не безразлична.
— Но если бы на вас напали не в саду, а на тракте?
Он повернулся ко мне.
— Вам не хватает боевых навыков, Лиза.
— Не собираюсь я воевать, — невольно вскинула я подбородок.
— Это не вопрос намерений, — мягко возразил он. — Это вопрос выживания.
Он снял перчатки и положил их на стол.
— Пойдёмте. Первый урок лучше начинать до полудня.
Мы вышли за ограду поместья, на небольшой пустырь у кромки леса. Земля там была утрамбована, трава — низкая подходящее место.
— Книги — это теория. Но в Приграничье теория без практики мертва, — сказал он, останавливаясь напротив меня. — Самое простое и самое важное, что вы должны уметь, это щит. Это не просто стена. Это ваша воля, ставшая преградой. Попробуйте.
Я зажмурилась, так мне было легче сконцентрироваться, но ничего не произошло. Даже воздух не покрылся рябью. Тишина— Магия — это не только слова и жесты, — Сказал Михаил, вставая напротив меня. — Это воля. Концентрация. Представь, что твоя сила — это вода в кувшине. Ты можешь выплеснуть всё разом, как вчера, и остаться пустой. А можешь наливать по капле, создавая то, что тебе нужно.
Я кивнула, кажется, понимая, куда он клонит.
— Защитная магия — не про силу, — продолжал он. — Она про контроль. Про ясность мысли. Если вы испугаетесь, щит рассыплется.
— Значит, мне нельзя бояться? — усмехнулась я.
— Бояться можно. Поддаваться — нет.
Он поднял руку.
— Закройте глаза.
Я подчинилась. Закрыла глаза, как делала это у родника, пытаясь нащупать в себе ту самую силу, что оживила землю. Я представила перед собой прозрачную, крепкую стену. Но ничего не происходило. Я чувствовала лишь лёгкую щекотку в пальцах.
— Вы пытаетесь создать что-то из ничего, — мягко поправил Михаил. — Не надо. Сила уже в вас. Выдохните её. Представьте, что она, как воздух из лёгких, окутывает вас невидимым коконом.
Я попробовала снова. Дыхание, образ, воля. Перед моими руками на мгновение вспыхнул и погас бледный голубоватый огонёк.
— Уже лучше, но нет концентрации, — он подошёл ближе. Так, близко, что я почувствовала запах кожи его куртки и холодного утреннего ветра, запутавшегося в его волосах.
Он встал сзади, почти вплотную. Его большие тёплые ладони легли поверх моих. Сердце пропустило удар. Он осторожно направил мои руки вперёд.