Как ни посмотри, на поддержку со стороны рассчитывать не приходилось. Именно поэтому барон с огромной настороженностью отнёсся к предложению Эйзенхорнов о союзе.

Да, его дочь дружила пусть и не со старшим, но все же наследником рода Эйзенхорнов. Да, Шевард Балтер совершил глупость, начав конфликт с наследником и втянув во всё это Виолетту. Однако где он, бедный барон, а где Маркус Эйзенхорн, столп империи и приближённый Его Императорского Величества?

Первое время Эдмунд почти не выпускал из головы мысль о том, что земли Эгремонтов могут превратиться в главное поле будущей войны.

Стоило Эйзенхорнам открыто выступить на их стороне, как Балтеры могли окончательно отбросить осторожность. Тогда поджоги предприятий и нападения на конвои показались бы лишь безобидным предупреждением.

Однако встреча с Маркусом Эйзенхорном несколько ослабила давившее на его плечи напряжение.

Глава Эйзенхорнов не торопил его, не пытался давить своим положением и не требовал немедленного ответа. Вместо лишних слов он спокойно положил перед Эдмундом подготовленные документы и позволил изучить каждый пункт соглашения.

Чем дольше барон читал, тем сильнее сходились его брови.

Эйзенхорны предлагали вложить огромные средства в новые предприятия, восстановить старые дороги, построить новые торговые пути и усилить защиту земель. Отдельно предусматривалось финансирование охраны конвоев, развитие поселений и расширение добычи ресурсов в Подземельях.

Всё то же, что обещали Балтеры, только в куда большем объёме и с явными гарантиями выполнения обещаний.

Эдмунд несколько раз перечитал соглашение. Его пальцы медленно постукивали по краю стола, а взгляд вновь и вновь возвращался к особенно выгодным пунктам. С какой стороны ни посмотри, предложение выглядело слишком заманчивым. А значит, в нём должен быть подвох.

Маркус Эйзенхорн в тот день озвучил его сразу.

— У нас с вами два варианта, как мы можем договориться, — безмятежно сказал глава рода Эйзенхорнов, показав два пальца. — Первый — это экономический союз. Эйзенхорны окажут вам всю финансовую поддержку, указанную в документах. О деталях позаботятся наши и ваши юристы. Однако в таком случае с военной помощью возникнут проблемы. Да и мы заинтересованы в отдаче от наших вложений.

— Да… — коротко ответил барон, сдержав желание потереть лоб пальцами.

Перебросить огромную часть военных сил попросту не позволили бы законы Империи. Малые силы — да, например, для поддержки истребления монстров, но, учитывая, как действуют Балтеры, этого, скорее всего, будет недостаточно. Да и для такого нужен более весомый повод, чем защита делового партнера.

Как ни посмотри, ситуация выглядела максимально паршивой. С одной стороны — Балтеры, которые такими темпами поглотят род, а с другой — Эйзенхорны. Если от первых ещё было понятно, чего ожидать, то от вторых веяло, несмотря на доброжелательность, неизвестностью.

— Второй вариант — вассалитет, — граф озвучил именно ту мысль, которую ожидал услышать барон. — Я могу стать вашим сюзереном на определённый срок и помочь решить все внутренние проблемы. Однако я бы остановился на первом варианте.

Эдмунду на секунду показалось, что он ослышался. Ещё несколько секунд ему понадобилось на то, чтобы переварить полученную информацию.

— Могу узнать, почему? — коротко поинтересовался барон.

— Конечно, — сдержанно улыбнулся граф. — Я не собираюсь вас к чему-то принуждать и тем более лишать свободы. Мы можем спокойно обойтись первым вариантом. То, что при таком варианте возникнут проблемы, не означает, что эти проблемы невозможно решить. Вопрос лишь в том, готовы ли вы довериться мне и моему роду.

Барон молчал около полминуты, обдумывая ответ, прежде чем сказать:

— Я многое слышал о благородстве рода Эйзенхорнов. Ваш сын лишь подтвердил это, встав на защиту моей дочери, — барон слегка расслабил плечи и взял небольшую паузу перед тем, как продолжить: — Надеюсь на вашу помощь и на то, что мой род в скором времени сможет отплатить вам за неё.

С того разговора прошло больше полутора месяцев. Оба рода заключили союз. Эйзенхорны сразу же принялись выполнять обещания, и для Эгремонтов наконец-то наступили благоприятные времена.

Однако Эдмунд помнил, что главным толчком для всех этих событий стал друг его дочери. Поэтому он решил, что самое время пригласить его в поместье, чтобы выразить благодарность и заодно получше узнать, что он за человек такой.

Именно поэтому, когда Энкрид Эйзенхорн вошёл в гостевой зал вместе с Виолеттой, Эдмунд сразу же насторожился. Увиденное слишком сильно расходилось с тем образом, который сложился у него после рассказов дочери.

Виолетта описывала своего друга как человека, способного провести весь свободный день в библиотеке.