Главной ошибкой стало то, что Шевард слишком легкомысленно отнёсся к Нулёвке. Зря он поверил слухам, не удосужившись узнать о нём побольше, прежде чем втягивать в свой план.

Маркиз устало потёр брови и откинулся назад, вновь вернувшись мыслями к прошлому.

Всё началось с Виолетты Эгремонт. Среди всех детей барона она была его любимицей. Эдмунд мог сколько угодно пытаться скрывать своё отношение, но поступки говорили сами за себя.

Финансовое положение Эгремонтов уже много лет оставляло желать лучшего. Предприятия почти не приносили прибыли, нападения на конвои срывали поставки, а на восстановление повреждённого имущества постоянно уходили последние свободные средства.

Несмотря на это, барон сумел отправить дочь в одну из лучших Академий империи и продолжал оплачивать её обучение. Шевард не сомневался, что Эдмунд особенно сильно ратовал за будущее Виолетты и видел в ней задатки по-настоящему сильного мага. Такого, какого в их семье не было уже несколько поколений. Правда, потенциально, но тем не менее.

Впрочем, дело заключалось не только в магии. Столичная Академия собирала в своих стенах детей самых влиятельных аристократов Амрателя. За несколько лет Виолетта могла обзавестись друзьями и знакомыми, а затем использовать эти связи для помощи своему роду.

Эдмунд наверняка рассчитывал хотя бы на такой исход, когда тратил огромные деньги на её обучение. Даже дружба с наследником небольшого, но богатого рода могла открыть Эгремонтам новые возможности.

А уж если бы Виолетта кому-то приглянулась в романтическом плане, то весь многолетний план по подчинению их земель мог пойти коту под хвост.

Шевард прекрасно это понимал и собирался лишить их последней надежды. Только ему и в голову не могло прийти, что в итоге он собственными руками поможет дочери барона найти именно того человека, который вытащит её семью из долговой ямы.

С начала первого семестра всё складывалось так, как задумал Шевард. Он делал всё, чтобы, по сути, затравить Виолетту и не позволить ей сблизиться с другими учениками.

Для этого не требовалось открыто угрожать каждому, кто пытался с ней заговорить. Достаточно было несколько раз напомнить окружающим, что Эгремонты являются соседями Балтеров, а отношения между родами с давних пор оставались весьма натянутыми.

Остальное высокородные ученики понимали с полуслова и не горели желанием портить отношения с родом Балтер. Как итог, одни перестали разговаривать с девушкой, другие не садились рядом с ней в столовой, а третьи и вовсе начали повторять колкости Шеварда, желая заслужить его расположение.

Надо сказать, успех не заставил себя ждать. Всего за месяц Виолетта перестала общаться даже с одноклассниками, всё свободное время проводила в одиночестве и опускала взгляд, стоило Шеварду появиться поблизости.

Девушка больше не пыталась спорить с ним и никак не отвечала на насмешки. Всё, что ей оставалось, так это учиться и тренироваться, строя иллюзии, что однажды она станет настолько сильным магом, что сможет дать отпор Балтерам.

Пальцы Шеварда медленно сжались на подлокотнике кресла. Наивность девушки до сих пор вызывала у него раздражение.

Даже если Виолетта станет сильным магом, что она одна сможет сделать против целого рода? Убить парочку наёмных убийц? Защитить один конвой? Разобраться с какой-нибудь тварью, кошмарящей поселение? Или она решила в одиночку напасть на родовое поместье? Идиотка.

У Балтеров имелись армия, деньги, земли и десятки вассальных семей. Один маг ничего не изменит, особенно, если за его спиной стоит ослабленный род, неспособный самостоятельно справиться даже с собственными долгами.

Шевард хотел наглядно доказать ей это, уничтожить последние крупицы надежды и заставить признать очевидное. Ему хотелось поскорее сломать девушку, чтобы её отцу не осталось ничего иного, кроме как принять предложение Балтеров о вассалитете.

Именно тогда маркизу пришла мысль использовать «Нулёвку».

По слухам, Энкрид Эйзенхорн совершенно не обладал магической чувствительностью и не мог самостоятельно сотворить даже простейшего заклинания.

Всё, что Нулёвка мог делать — прилежно учиться. С этой задачей, как ни крути, парень справлялся отлично.

Энкрид проводил много времени в библиотеке, прекрасно разбирался в теории и даже пользовался уважением некоторых преподавателей.

Только из-за таких успехов и поведения ещё больше учеников считали его изгоем, который оказался в Академии исключительно благодаря положению своего рода. Многие завидовали его оценкам и похвалам со стороны наставников, что играло маркизу только на руку.

Для плана Шеварда более подходящей кандидатуры нельзя было и представить. С одной стороны — умный ученик, который наверняка согласится продемонстрировать свои знания. С другой — бездарь, которого ничего не стоит поставить на место.

План казался простым и почти гениальным. Шевард собирался одним выстрелом убить двух зайцев. Энкрид должен был взяться за обучение Виолетты, после чего девушка проиграла бы публичное состязание.

Перед собравшимися учениками стало бы очевидно, что никакого скрытого таланта у неё нет, а мечты стать сильным магом так и останутся мечтами.