— Кто Вы? — повторяю я, чувствуя неправильность в его безукоризненной, казалось бы, речи.

Аластар ухмыляется:

— Сивинд прав, Вы — необычайно проницательная девушка! Я — третий из пленников Абу-Анги, Селина.

— Что? — до меня не сразу доходит смысл сказанного.

— Не бойтесь за вашу тайну, я в курсе предстоящей операции! Именно я предложил Сивинду использовать налаживание связей с Мазе, чтобы в безопасном месте переждать, пока на западное побережье перегонят его флот.

— Безопасное… — выдыхаю я, потирая сдавленное Мирну запястье.

— Честно скажу, я не ожидал, что княжичу хватит безрассудства, чтобы домогаться Вас! Еще раз примите мои извинения!

Ко мне понемногу возвращается способность ясно мыслить. Спинни, мать Дирка, Диана, Мик, я и несчастный, что погиб, пытаясь прыгнуть обратно в поток. Теперь вот Аластар. Теперь я знаю всех, кого занесло в иномирье после того, как нарушено равновесие. Я думала, что все иномиряне остались в окружении Сивинда, но одному, стало быть, удалось забраться далеко от побережья.

— Когда я уверился, что попал в другой мир, — говорит Аластар, словно подслушав мои мысли, — то пробыл у князя недолго. Мы расстались в самых дружеских отношениях, но мне не терпелось посмотреть новый мир, раз уж выпала такая возможность. Тем не менее, связь мы поддерживали, более того, вдоволь насмотревшись на порождения, я принял предложение князя участвовать в будущем деле по спасению мира. Мы не знали, кто появится и когда, но мы знали, куда этот кто-то должен прибыть.

— Значит, наше путешествие давно спланировано?

— Совершенно верно. Несколько лет я изучал пути на Север, но там земли захвачены фанатиками, поклоняющимися хаосу. Оставалось лишь два ближайших к данным землям княжества: Борсе и Мазе. Но в Борсе нетерпимость к культу Сомнии приняла невиданный размах, там просто ненавидят всех женщин и убивают их. Поэтому перевалочным пунктом в итоге был выбран Мазе, и я несколько лет добивался рассмотрения вопроса о сотрудничестве их с Сивиндом.

— Для иномирянина вы высоко взлетели, — замечаю я.

Аластар смеется:

— Я — ирландец, у меня — горячая кровь, требующая действий. Там, на Земле, я был одним из лидеров ИРА, сначала бойцом, потом политиком. Так что мой нынешний статус — вполне закономерное следствие.

— Как же Вас занесло на Фиджи? — не могу удержаться я от шпильки.

Не очень-то умно с моей стороны дразнить того, кто только что спас меня от насилия, но Аластар сам признался, что в его обязанности входит следить за Мирну, и если б он не проморгал, я бы сейчас не тряслась в запоздалой истерике.

Он пожал плечами:

— Случайно, но это не имеет отношения к делу.

— А что имеет?

— То, что в ближайшее время под моим давлением князь Мазе вступит в открытое противостояние с войсками хаоса. Это позволит сосредоточить их силы здесь, на границе, и морской доступ к храму останется не под таким контролем, как сейчас.

— То есть, чтобы я попала в храм, вы развяжете здесь войну?!

Аластар пожимает плечами:

— Это и так случилось бы рано или поздно. Мазе неоднократно страдало от разовых набегов, пора дать отпор. Таков мир, Селина, и не Ваше появление тому виной. По сути, здешний мир начинает с нуля. Государства сливаются и рушатся, образуются временные союзы, вспыхивают войны.

— А Вам это по душе? — опять не удерживаюсь я.

— Мне, скажем так, ситуация знакома и привычна. Там, дома, вся моя семья погибла во время взрыва, мне некуда возвращаться, и я выбрал свой путь здесь. Не самый плохой, как мне кажется. Мы пришли!

Увлеченная разговором, я не замечаю, что мы давно уже прошли сад и брели по коридорам дворца, а сейчас стоим у дверей моих покоев. Аластар, склоняясь, целует мою руку:

— Официально нас представят друг другу завтра. Вы, конечно, вправе решать, обнаруживать ли наше знакомство перед Сивиндом, но я надеюсь на ваше благоразумие!

— Спасибо! Спасибо, что помогли мне…Я…

— Ну, все, успокойтесь, Селина, все обошлось! А с Мирну я все улажу, обещаю! Игнис давно обещает нам зелье для подавления садистских склонностей. Конечно, княжич-овощ — не лучшее решение для престола, но у князя подрастают еще два сына, а сегодняшняя выходка стала последней каплей!

Мы прощаемся, Аластар уходит, а еще долго осмысливаю все, что услышала от него. Сейчас я понимаю, что, пожалуй, слишком много требовала от Сивинда. Невозможно все предусмотреть и обо всем мне рассказать. Наш поход планировался несколько лет и в него замешаны десятки самых разных людей! Нет, для меня это непостижимо! Я несу на своей шее амулет, как бедный Фродо нес кольцо. И все, что в моих силах, довериться неведомому братству, которое меня охраняет. А еще все, что поведал мне Аластар — это шанс для Сивинда вернуть мое доверие, свидетельство, что он и впрямь готовится спасти этот мир, а не покинуть его. И эта мысль наполняет меня радостью, затмевающей весь негатив пережитого в этот вечер.