— Чего же вы сразу не сказали? К инженерам у нас отношение иное. Их уважают. Без инженеров горы бы нам многое не отдали.

— Неужели долг простили бы сразу, если бы я сказал, что инженер? — спросил я.

Седобородый спокойно посмотрел на меня.

— Нет конечно, но разговор был бы мягче, и Лер не стал бы строить из себя недовольного.

Радан кивнул в сторону гор, туда, где среди скал терялись невидимые отсюда проходы.

— Про комплексы ты верно понял. В этих горах их было много. Всё, что наши нашли, давно разобрали. Наши предки начали, а сторонние инженеры помогали.

Кристина сразу насторожилась.

— Помогали как? Комплексы древних не так просто разобрать. Там двери, защита, ловушки. Некоторые залы вообще не открываются без полного разрушения.

— Разрушали, — сказал Радан. — Точнее вырезали входы.

— Двери вырезали? — уточнила она.

— Двери вместе с камнем вокруг. Иногда кусок стены целиком. Потом уже вытаскивали наружу, разбирали, что могли, а что не могли — продавали тем, кто понимал лучше.

В голове всплыли воспоминания о недавно посещённом комплексе. Всё оборудование там было демонтировано настолько аккуратно, что не стыковалось с современными возможностями. Неужели горцы владеют технологиями древних лучше более цивилизованных городов?

— А чем вырезали всё это, — спросил я. — Там двери сняты так красиво, словно их никогда не было.

Радан развёл руками.

— Вот здесь я вам помочь не могу. Помощь инженеров как раз и была в разборке комплексов. Старики рассказывают, что те пришли со своим инструментом, который называли резаком. Пришлые как-то отключили защиту комплексов, а ещё отметили места куда нельзя лезть. В итоге им удалось обезвредить вообще всё найденное. Правда и ценник за их услуги оказался конским.

— То есть ваши предки не просто нашли руины, — сказала Кристина. — Они организованно их разобрали.

— Да, и жили потом благодаря добыче очень хорошо. Что-то продали, что-то оставили и переделали под свои нужды. Что не вынесли они, уже мы дочистили. — старик немного подумал и добавил, — Иногда находят мелочь в щелях или за обвалами, но больших тайн рядом не осталось.

Аркадий поднялся и подошёл к нам. Вид у него сразу стал гораздо бодрее, чем во время ловли козлов.

— А много таких комплексов было поблизости? Они находились отдельно или между ними были проходы, каналы, общие линии? У транспортных систем такое встречается. Узлы, обслуживающие ветви, склады, аварийные площадки.

— Поблизости нашли десять комплексов, — сказал Радан. — Может, есть ещё. Горы большие, камень прячет хорошо. Поиски продолжаются. Если найдём новый вход, будем рады. Только за последние годы ничего крупного не находили.

— И они были связаны? — уточнил Аркадий.

— Некоторые — да. Не все проходы сохранились. Где-то обвалы, где-то вода, где-то камень сдвинулся. Но старые линии есть. Наши ходили по ним, пока не стало опасно. Потом часть завалили сами, чтобы дети и глупцы не лезли туда, откуда можно не вернуться.

Мне это понравилось меньше. Связанные комплексы означали сеть, а сеть означала шанс, но если её уже разобрали, вычистили и частично завалили, то шанс становился похож на козла на отвесной скале: вроде виден, но добраться сложно.

— Очень жаль, — сказал я. — Мы бы хотели исследовать комплексы древних. Нам нужен определённый кристалл питания. Достаточно большой. Не мелочь для фонаря или нагревателя, а источник, способный тянуть серьёзный механизм.

Радан посмотрел на меня внимательнее.

— Для чего он вам нужен, ты, конечно, не скажешь.

Я усмехнулся.

— Скажем так, эта информация вряд ли принесёт кому-то пользу.

Седобородый не стал настаивать.

— По поводу большого кристалла я обещать ничего не могу. Всё ценное, что находили, либо продано, либо использовано. Но показать то, что осталось от комплексов, могу. У нас в деревне кое-что хранится. Не всё успели продать. Что-то работает до сих пор. Что-то давно молчит. Раз вы инженеры, может, посмотрите. Вдруг сумеете помочь с механизмами, которые вышли из строя.

Я переглянулся с Кристиной. Она не сказала ни да, ни нет, но по глазам было понятно: предложение её заинтересовало. И насторожило одновременно.

— Деревня далеко? — спросил я.

— Ниже по склону. Ближе к берегу. Сверху её плохо видно, скалы закрывают. Идти недолго, если знать тропу.

Аркадий воспрянул духом и с надеждой в голосе спросил:

— Там мы, наконец-то, сможем отдохнуть?

— Не забывай, что за нами погоня, — я сразу же развеял его мечты.

Кристина решила не вмешиваться в нашу дискуссию и правильно сделала. Что удивляло больше всего: Барсик молчал.