Шрифт:
Но почему я не соглашалась пойти с ним на свидание? Из страха, что если рискну и открою ему свое сердце, то оно разобьется. А ведь я только-только собрала его по кусочкам.
Вчера я зашла в класс и заняла свое место, и в ту же секунду на парту Джоша присела длинноногая брюнетка. Я уткнулась в тетрадку и начала писать дату, так сильно нажимая ручкой на бумагу, что чуть ее не порвала. Мне стало дурно от хихиканья этой девушки.
— Джош, жду не дождусь завтрашнего матча! Забьешь гол в мою честь?
Буэ. Вот сейчас. Сейчас он поймет, что ему надоело ждать, пока я приду в норму.
— Я планирую забить несколько голов, Скарлетт.
Двойное буэ.
Она захихикала еще противнее, чем в первый раз:
— Понимаю.
Кто родители этой девчонки? Человек и гиена?
— И при этом буду думать только об одной девушке, — добавил Джош.
Почему он говорил таким тоном? Не тем игривым и нахально-самоуверенным, каким обычно общался с девушками. Почему он обращался к ней неотразимо низким сексапильным баритоном, которым обычно говорил со мной?
Он потянулся через проход между партами и взял меня за руку. Мой взгляд метнулся к нему, и я обнаружила, что он пристально на меня смотрит. Видимо, моя улыбка сообщила Скарлетт все, что ей нужно было знать: она тут же соскочила с парты как ошпаренная.
— Ой, прости, Эмбер! Я не знала, что вы… Ну надо же! — Она вернулась на свое место.
Джош по-прежнему смотрел на меня.
— Я серьезно, — сказал он.
— Знаю. — Я правда знала.
— Завтра Гас подает первым.
— Ты прекрасно его подготовил.
— У него талант, — сказал Джош. — Десембер, насчет завтра…
— Ничего не говори. — Я вонзилась ногтями в ладони. — Не проси меня снова пойти с тобой на свидание. В этот раз я не смогу отказать, поэтому просто не проси.
Он поцеловал мою руку, скользнув губами по ладони, и отпустил меня.
Мое отчаянное желание грозило перевесить здравый смысл, но я сумела взять себя в руки.
— Эмбер! — Голос Эйприл выдернул меня из моих грез.
Я прошла мимо мамы и села рядом с сестрой. Мы сидели двумя рядами выше скамейки запасных, но игроки еще не выходили на лед. Они размялись и ушли в раздевалку слушать воодушевляющую речь тренера. Трибуны были заполнены примерно наполовину — неплохо для матча детской сборной. Если команда Гаса сегодня победит, их ждет чемпионат юношеской лиги.
— А где мой кофе? — надулась сестра.
— Я не знала, придешь ли ты. — Я протянула ей свой стаканчик, но она покачала головой.
— Будет повод улизнуть во втором периоде. Пойду искать «Старбакс». — Она рассмеялась и снова уткнулась в игру на айфоне.
Я глотнула моккачино и улыбнулась маме. Та улыбнулась в ответ. Ее щеки разрумянились, а глаза искрились от предвкушения. Мама всю неделю ждала этого матча. Все снова было как раньше, она будто не выпадала из жизни на несколько недель.
Взгляд мамы скользнул мимо меня, и она улыбнулась еще шире.
— Гвен! Я тебе место заняла! — Она помахала миссис Бартон, а я содрогнулась.
Мама Райли протиснулась мимо и похлопала меня по плечу.
— Рада видеть тебя, Эмбер! — Она мне подмигнула. — Я принесла тебе подарок. Может, вы с Райли поговорите?
О нет.
Не может быть.
Эйприл сидела, уткнувшись в телефон, но я все же заметила, как ее брови удивленно поднялись. Она покосилась в мою сторону, потом посмотрела наверх, и по тому, как округлились ее глаза, я поняла, что Райли здесь.
«Помощь нужна?» — беззвучно прошептала она.
Я судорожно сглотнула и попыталась найти в себе немного порядочности, как учила мама. Быть выше всего этого, блин.
— Привет, детка, — услышала я знакомый голос.
Я даже не взглянула на него. Мы же на матч пришли смотреть, а не по сторонам.
— Я тебе не детка, — выпалила я.
Он сел на соседнее место.
— Прости, старая привычка и все такое.
— Горбатого могила исправит, — процедила я.
— Эмбер, можешь хотя бы не хамить? — Он повернулся ко мне.
— Будь я Эмбер, послала бы тебя в жопу — мне можно, у меня папа умер, и от горя я говорю все, что на уме, — буркнула Эйприл, которая по-прежнему сидела, уткнувшись в телефон.
Мама бросила на нее убийственный взгляд. Я посмотрела на часы. В любую секунду дети выйдут на лед, и, если я не поступлюсь своей гордостью и не соглашусь соблюдать приличия, мне придется сидеть рядом с Райли несколько часов в неловком молчании и чувствовать себя полным дерьмом.
— Хорошо, Райли, я не буду хамить.