Шрифт:
— Джош…
Он приложил два пальца к моим губам и заставил меня замолчать.
— Хочешь поговорить? Прекрасно. Дам тебе пять минут, когда напьюсь и буду готов тебя выслушать. Поняла? Садись.
Наши взгляды скрестились в молчаливой разгоряченной битве.
— Ладно.
Он указал на открытую дверцу машины.
— Колесница подана.
Я проглотила саркастический ответ, взяла его за руку и забралась в джип. Он потянулся и застегнул мой ремень безопасности, совсем как в тот вечер, когда я застала Райли с Кайлой. Желание к нему прикоснуться оказалось слишком сильным, и я провела рукой по его шее. Он резко отстранился, будто я его обожгла. Глаза полыхнули. Он захлопнул дверь.
Если я по-прежнему так на него действовала, не все потеряно.
Он бросил экипировку в багажник, забрался в машину, и мы поехали в кампус. Я поймала его отражение в зеркале заднего вида и залюбовалась им. Джош сосредоточенно смотрел вперед, но, судя по тому, как он прикусывал нижнюю губу, думал он не только о дороге. Как же мне хотелось, чтобы он перестал кусать губу и поцеловал меня!
В паре минут езды от кампуса мы остановились на красный сигнал светофора, и наши взгляды в зеркале встретились. Между нами пробежал электрический разряд, и я чуть не обратилась в пепел. Неужели так будет всегда? Пройдет ли когда-нибудь моя одержимость им? Что-то подсказывало, что не пройдет, и это испугало меня сильнее мысли, что однажды наши чувства успокоятся. Если это «однажды» когда-нибудь наступит.
— Джош, а на какую вечеринку мы едем? — спросила Труляля.
— Вечеринка в общежитии братства, если вы не против, девочки.
Те завизжали так, что у меня заложило уши.
— Видимо, это значит «да». — Он усмехнулся. — Эмбер?
Я снова посмотрела в его карие глаза и решила придерживаться плана. Больше не буду скрываться и противиться своим чувствам.
— Хочу быть там, где ты, — ответила я.
Девчонки разом повернулись и уставились на меня, но я неотрывно смотрела на Джоша и игнорировала их. В борьбе за его внимание я побеждала. Это было совершенно ясно. Он судорожно вздохнул, зажегся зеленый, и Джош снова стал смотреть на дорогу.
Мы подъехали к общежитию братства «Каппа-Омега» через три минуты, хотя, казалось, прошла вечность. Сегодня там было намного меньше народу, чем на «Снежной вечеринке», но все равно прилично. Люди рассыпались в стороны, освобождая место для Джоша — тот поставил машину на свое персональное место на парковке, нажал на тормоза и выскочил как ошпаренный. Девчонки выбрались из джипа и одернули юбки, задравшиеся до попы.
— Уокер! — Ребята из братства окликнули его с крыльца и отсалютовали красными пластиковыми стаканчиками. — Классно сыграл!
Джош кивнул ребятам и помог Труляля и Траляля перешагнуть через веревку, отделявшую парковку от тротуара перед общежитием. Мне никто не помог.
Он взошел на крыльцо, обнимая одной рукой Труляля, а другой — Траляля. У двери его встретили еще две хоккейные шлюшки, только эти были брюнетками.
— Джош! А мы так надеялись поехать с тобой! — надула губки одна из них и провела рукой по его груди.
Меня чуть не стошнило. Разве можно так навязываться? Жалкое зрелище. Я заметила закономерность: чем короче юбка, тем более навязчиво вела себя девчонка.
— Не волнуйтесь, девочки. — Он дерзко улыбнулся, и привычное мне серьезное выражение сменилось мальчишеским. — Я никого не обделю, сегодня у меня хорошее настроение.
Две брюнетки прижались к нему: у Труляля и Траляля появились серьезные конкурентки. Я же чуть не задохнулась от досады. Я совсем его не узнавала.
А потом я поняла, что передо мной Джош Уокер, которого знали остальные. Джош, который забивал голы и завоевывал девчонок победами на льду. Джош, о котором меня многократно предупреждали, — а я бегала за ним, как наивная восьмиклассница. За пять лет ничего не изменилось.
Я поднялась на нижние ступени крыльца и остановилась, ухватившись за толстые перила. Кто я такая, чтобы считать этих девчонок жалкими? Пусть юбки у них были короче моей, но мы все были здесь по одной причине: из-за Джоша. При этом он вел себя как козел, а я выглядела жалко.
— Эмбер, ты идешь?
Я споткнулась под его насмешливым взглядом.
Решил поиграть в игры? Отлично. Я только за.
— Да! — Я перепрыгнула через пару ступенек и вошла в общежитие, даже не оглянувшись.
Внутри было не протолкнуться. В колонках громыхал Фифти Сент. Я подошла к столу для бильярда, над которым наклонился Джаггер с кием в руках.
— Мне надо выпить.
Он вскинул брови и ударил по шару.
— Желание девушки — закон, — сказал он и поднял кий. Рубашка задралась, и я увидела его рельефные кубики на животе. Джаггер был хорош, но мне почему-то не хотелось облизать этот пресс. — Пива? — Он отдал кий приятелю и подвел меня к бару. Через минуту отвинтил крышку и протянул мне бутылку. — Ты же любишь вишневое, насколько я помню?