«Ниву» я запарковал возле гаража. Следующим моим запланированным мероприятием на сегодня была встреча с руководителем местного КГБ. Раз уж они хотят поговорить, почему бы, в конце концов, и не послушать их?

Я набрал номер с телефона-автомата, дождался гудка:

— Добрый день, Иван Анатольевич! Это Ковалев Антон Николаевич. Вы хотели меня видеть?

С минуту мой собеседник молчал. Потом поздоровался, предложил подъехать к зданию Управления и поговорить прямо у него в кабинете. Меня этот вариант, соответственно, не устроил.

— Я бы предпочёл для разговора какую-нибудь нейтральную территорию, — отклонил я предложение генерала. — Например, кафе возле стадиона «Спартак». Погода хорошая, солнышко. Посидели бы на свежем воздухе, выпили бы кофе…

Поначалу я хотел предложить кафе «Театральное», заодно и пообедал бы там. Но потом передумал с точки зрения безопасности. Парадный вход-выход там один. А где служебный вход, куда он ведет, я не знал. Кафе «Спортивное» у стадиона «Спартак» работало только летом, представляло собой с десяток столиков под зонтиками на открытом воздухе да киоск-кухню, где варили кофе, готовили немудреные простенькие салатики, да угощали мороженым из холодильников.

— Кафе у стадиона «Спартак»? — генерал задумался. — Хорошо. Когда?

— Через, — я взглянул на часы, — сорок минут.

— Постараюсь успеть, — согласился он.

Я приехал вовремя. На троллейбусе. От этих генералов можно чего хочешь ожидать! Ткнут шилом в колесо и скажут, что так и было. Все столики, кроме одного, были свободны. Я даже не удивился и был готов к такому развитию событий. Вот он, показатель готовности идти на контакт и вести диалог. Наверняка еще и с десяток наблюдателей-топтунов вокруг засели по кустам, снайперы на окрестных крышах. Впрочем, это уже явно было бы перебором!

Я подошел к столику, за которым сидел улыбчивый мужчина среднего возраста в светлом костюме. Он встал мне навстречу, протянул руку:

— Здравствуйте, Антон Николаевич! Чрезвычайно рад вас видеть!

Чрезвычайно? Вот как! Я восхищенно покачал головой, пожал руку и переспросил:

— Иван Анатольевич?

— Увы, — мужчина развел руками. — Ивану Анатольевичу позвонили из Москвы, из Главка. Он просил извиниться и уполномочил меня встретиться с вами, познакомиться, так сказать. Я его первый заместитель полковник Карпушкин Олег Тимофеевич.

Первым моим желанием было встать и уйти. Полковник, видимо, угадал его и поспешил сказать:

— Антон Николаевич! Не торопитесь, выслушайте меня, пожалуйста! Иван Анатольевич дал мне самые широкие полномочия. Он действительно сейчас чрезвычайно занят…

Я остался, хотя в ауре Карпушкина горели желтые всполохи. Всё-таки приятно, когда знаешь, что собеседник тебе «ездит по ушам», но не подозревает, что ты об этом знаешь. Я откинулся на спинку пластмассового стула, скрестил пальцы перед собой.

— Хорошо, — приветливо улыбаясь, кивнул я. — Слушаю вас внимательно, Олег Тимофеевич. Итак, что вам от меня нужно?

Улыбка с лица полковника сошла. Он нахмурился.

— Ну, зачем же так, Антон Николаевич? Что мы вам сделали плохого, если вы так реагируете на меня?

Я пожал плечами. Ничего, кроме как установили слежку за мной, «наехали» на моих друзей, пытаясь заставить их следить за мной. Ничего такого, в принципе… И это после того, как я помог найти ренегата в рядах КГБ, поймать с поличным столько шпионов, сколько этот полковник в жизни не видел. Разумеется, вслух этого я не сказал, промолчал. Не дождавшись от меня ответа, полковник продолжил:

— Вы владеете определенными неординарными способностями, в том числе целительскими.

Он сделал паузу. Я снова смолчал, не опровергая его, но и не подтверждая.

— Вы можете продемонстрировать мне сейчас что-нибудь эдакое? — он неопределенно покрутил кистью руки. Я усмехнулся:

— А зачем?

— Что, зачем? — не понял полковник. — В смысле? Поясните, Антон Николаевич.

— Зачем демонстрировать? — пояснил я. — Мне совершенно этого делать не хочется. Вот ни капельки.

Я указательным и большим пальцем показал эту самую капельку. Карпушкин нахмурился. Кажется, он начал терять терпение.

— Одному нашему товарищу, — сказал он. — Очень заслуженному товарищу, не буду скрывать, одному из членов ЦК партии и руководителей страны необходима медицинская помощь. Традиционная медицина, так сказать, если и не расписывается в бессилии, то затрудняется в лечении такого рода болезней. Поэтому мы просим вас оказать помощь в лечении.

Я вздохнул.

— Мы будем вам очень благодарны, Антон Николаевич, — осторожно сказал Карпушкин.