Иванов Алексей Аркадьевич
Шрифт:
– Веселее, ребята, веселее!– не унималась Розка.– Толстый торт ждёт победителя! А ну-ка, кто у нас удостоится звания Великого Чистильщика? Мусор - наш враг! Сделаем чистым свой дом - чище будет планета! Мусор, убирайся вон! Эскадрон истребителей мусора объявляет войну бутылкам и банкам!…
Розке, похоже, казалось - как ди-джею, - что если она замолчит, то произойдёт жуткая катастрофа. От Розкиных воплей у Моржова уже звенело в голове. На углах участков потихоньку появлялись безобразные груды мусора.
– Гонцов, а где твой мусор?– жизнерадостно спросила Розка.
– А я его сразу жгу, - издалека ответил Гонцов. За его камнем дымилось всё гуще и уже завоняло палёным пластиком.– Мне торт не нужен.
– А тебе, Дерьмовочка, тоже торт не нужен?– злобно крикнул Ничков Наташе.
– Сам ты Дерьмовочка. А торты я не ем, - независимо ответила Наташа. Свой мусор она продолжала кидать Серёже Васенину.
Гершензон распрямился с граблями в руках, как с винтовкой.
– Тогда делись своим мусором со всеми!– закричал он.– Чего ты его только одному Пектусину отдаёшь?
– Делись!– запоздало спохватился Чечкин.
– Буду я ещё ерундой заниматься, - ответила Наташа и носочком перекинула новую бутылку в кучу Серёжи.
– Паца, Пектусин у нас мусор ворует!– завопил Чечкин.
– Тебе мусор не нужен, а нам нужен!– заявил Гершензон.
Ничков решительно пошагал к куче Серёжи Васени-на и ногой отгрёб часть мусора в сторону.
– А мне?… А меня?!.– поразился Чечкин.
Он отшвырнул свои грабли, помчался к Серёжиной куче и рухнул на неё грудью, подгребая мусор под себя.
– Ты чо столько берёшь?– возмутился Ничков, вцепляясь в спину Чечкину.– Сыпь половину обратно!
Возле них уже каким-то образом оказался Гонцов.
– Колобашки!… Колобашки!… - тараторил он, выдёргивая из кучи пластиковые бутылки.– Я из них на костре колобашки выплавлю!…
Гершензон подбежал и с размаху вонзил в Серёжину кучу грабли, отодвигая ими Чечкина. Чечкин заорал. Ничков выпустил его и кинулся к Гонцову, принялся выдёргивать бутылки у Гонцова из рук. Гонцов заслонялся плечами, вертелся, верещал.
– Живо положил на место!– рычал Ничков.– В башню дам!
Гершензон граблями потащил мусор на свой участок. Чечкин вцепился в грабли и поволокся по земле. Гонцов споткнулся об него и повалился на спину. Ничков коршуном упал на Гонцова, отбирая бутылки и швыряя их в разные стороны.
– Ребята, вы чего?… - растерянно бормотал Серёжа Васенин.– Всем мусора хватит… Берите сколько хотите…
Розка уже спешила к схватке, из которой во все стороны летели бутылки и банки.
– Мальчики, всем торта достанется!… - увещевала она.
– Я тебе, сука, этот торт в жопу забью!– уже рыдал Гонцов, тыча кулачишком в скулу Ничкова.
Наташа Ландышева смотрела на разгорающуюся драку издалека. Она упёрла руки в пояс и, расправив плечи, делала торсом гимнастические повороты.
Свалка слегка переместилась набок, и грабли в руках Гершензона треснули. Гершензон поднял обломанный черенок и изумлённо посмотрел на его щепастый кончик.
– Падлы… Грабли сломали… - потрясённо прошептал он.
– Уй-я-а-а!… - визжал Чечкин, придавленный дерущимися Ничковым и Гонцовым.
Ничков вырвался от Гонцова, которого сзади уже бил по голове бутылкой измятый Чечкин.
– Нате вам ваш мусор!– прохрипел Ничков. Стоя на коленях, он начал хватать мусор из кучи руками и швырять его в Гонцова и Чечкина.
– Чо в меня-то!… - закрывался Гонцовым Чечкин. Подбежала Розка и принялась ловить Ничкова за руки.
– А ты чо смотришь, урод!– напал Гершензон на Серёжу Васенина.– Паца, бей Пектусина!…
Он размахнулся обломком своего черенка. Серёжа в ужасе отшатнулся. Палка просвистела мимо него и врезала Розке поперёк задницы. Розка ахнула, выгнулась дугой, схватившись обеими руками за ягодицы. Гершензон от страха присел и в полуприседе стреканул прочь с поля боя, задымлённого костром Гонцова.
Моржов и Щёкин вклинились в драку с двух сторон. Субботник закончился.
На лавочке рядом с Моржовым сидела кошка. Она обернула себя хвостом и напоминала полосатую амфору. На Моржова она не смотрела, но в её облике явственно читалось предупреждение: если Моржов поведёт себя некорректно, она более не сочтёт возможным находиться рядом с хамом.