Шрифт:
— Боже мой, Боже мой! — прошептала Корделия.
— Царя я убить не могу, — рассерженно сказала Баффи, — но пока он не велит мне остановиться, я должна буду участвовать в Охоте.
Роланд ничего не ответил, но Баффи и не ждала ответа. Она налетела на спешившегося эльфоподобного Охотника, и меч ее сверкнул в воздухе, чисто отделив голову всадника от туловища. Голова закувыркалась в воздухе, а обезглавленное тело упало под копыта коня Баффи.
Впереди был еще один всадник с горящими огнем глазами и остроконечными ушами, с лицом тощим и по-трупному костлявым. Ни в нем, ни в оставшихся в живых эльфах-охотниках не было ничего человеческого.
Страх покинул Баффи: Она думала только о том как спасти друзей и остановить этих чудовищ, так долго свирепствовавших среди лишенных надежды, беспомощных и ничего не подозревающих людей, которым негде было искать спасения. И еще младенцы...
Баффи уперлась ногой в седло и бросилась на Охотника. Она оказалась позади него. Он попытался повернуть лошадь, чтобы отбить атаку, но не успел. Баффи всадила в него меч с такой силой, что острие вошло в спину коня.
Конь заржал от боли и вскинул задом, сбросив на землю и Баффи, и труп. Она попыталась вытащить меч, но он застрял в мертвом эльфе. Как она ни дергала, клинок не поддавался.
Джайлс видел, как Лесной Царь поднял Ангела с земли, высоко держа меч. Заревел, слишком разъяренный, чтобы и дальше притворяться человеком, и снова ударил Ангела о дерево. Потом склонил голову с острыми рогами, покрытыми запекшейся кровью. На глазах пораженного ужасом Джайлса Лесной Царь отошел назад и бросился на Ангела, как разъяренный бык.
Баффи вскрикнула.
Рога Лесного Царя вонзились Ангелу в живот.
Глаза Ангела широко раскрылись, и он закричал в смертной муке. Из ран хлынула кровь, пропитывая его одежду, стекая по коре дерева, заливая лицо Лесного Царя.
Оз прыгнул ему на спину.
Джайлс бросился вперед и вогнал меч в бок Лесного Царя по рукоять и потянул, пытаясь вспороть ему живот, но клинок наткнулся на кость. Лесной Царь отбросил его тыльной стороной когтистой лапы. У Джайлса слетели очки, он пошатнулся и упал, почти потеряв сознание. Несколько темных эльфов безумно захохотали и бросились к нему. Но их опередили Ксандр с Ивой, отрывая и бросая прочь, втаптывая в землю, раскидывая ногами.
Оз вцепился в Лесного Царя, но даже он был отброшен. Херн-Охотник одолел всех. Он храпел, как буйвол, огонь длинными лентами вылетал из его глаз и ноздрей. С рогов капала кровь. Там, где Ангел вспорол ему горло, из ран вырывались языки пламени, обугливая ее края.
Глаза Лесного Царя не отрывались от Баффи.
— Ты! — заорал он, и голос его был голосом зверя. — Это все из-за тебя!
Он направился к Баффи. Снова Оз кинулся за ним и снова был отброшен. Ангел, шатаясь, поднялся на ноги, но один из немногих оставшихся Охотников врезался в него сзади, и они покатились по утоптанной тропе.
Баффи повернулась к Лесному Царю. Меч она потеряла, но у нее осталось самое жестокое из всех видов оружия — палица-моргенштерн. И шипастый шар зловеще покачивался на цепи.
— Положи его! — прорычал Царь.
Клятва управляла ее движениями. Баффи положила шар.
— На колени!
Баффи упала на колени посреди тропы.
Лесной Царь занес меч.
Ива и Корделия отшвырнули последних темных эльфов и бросились к Баффи, держа оружие, на помощь которого не могли даже надеяться.
Меч пошел вниз.
И отлетел с искрами и звоном от подставленного боевого топора.
Разъяренный Лесной Царь повернулся, готовый выпустить кишки тому, кто посмел вмешаться. Его горящие глаза глядели в горящие глаза его единственного сына, Роланда, принца Охоты. И Роланд держал наготове боевой топор.
— Я не дам тебе убить ее, отец, — сказал Роланд тихим и опасным голосом. — Сначала тебе придется убить меня, а я не верю, что ты готов отнять мою жизнь.
Несколько секунд Охотник Херн глядел на сына, потом опустил меч.
— Ты прав, Роланд. Я не могу убить своего сына.
На секунду Роланда отпустило напряжение. Но тут же горящее горло отца взорвалось огнем — Лесной Царь смеялся.
— Истребитель! — сказал Лесной Царь, обращаясь к Баффи. — Убей Роланда.
Против собственной воли Баффи потянулась за моргенштерном.
ГЛАВА 17
Кони без всадников носились по поляне, топча то, что осталось от Дикой Охоты. Горсточка темных эльфов уцелела, но они метались в слепой панике, неспособные собраться для совместных действий. Боевой клич и вопли раздавались в воздухе, и гремели копыта лошадей.
Баффи сгорбилась, крепко сжимая обеими руками рукоять моргенштерна. Волосы упали на лицо, она сдула их с глаз и стиснула зубы до боли в челюстях. Остатками воли она пыталась остановить моргенштерн, отбросить его прочь. Подумала даже о том, чтобы ударить им себя — может быть, боль разобьет магические узы клятвы, которую она дала.