Совсем не равный обмен. Хотелось бы исправить, но два новых Серпа заставили меня уйти коротким Шагом за сталагмит. Техника дёрнула тело метра на три, кольца отняли равновесие, и остаток пути я преодолел, скользя на ладони и колене. Будь благословлены Удачей портные, шьющие форму для Академии!

Огненные дуги скрестились за спиной, снесли верхушку каменного столба и снова ушли в потолок.

Я отступал между сталагмитами, прикрывался ими и считал движения твари, пытаясь понять закономерность атак.

Правая коса выпускала Серп, левая повторяла, потом — прыжок и совместный удар ими.

Богомол не был разумен, зато знал одну тактику и следовал ей безо всяких сомнений, доведя до звериного совершенства.

Очередной промах рассёк потолок. От тёмной трещины у основания центрального сталактита побежала свежая светлая линия, вниз посыпалась белая пыль.

Она ещё падала, а в голове наконец-то созрел победный план.

Ещё несколько ударов и висящая каменюка вполне может обратиться копьём. Оставалось поставить под него Богомола и не остаться там самому.

Я стал смещаться к центру, стараясь экономить Шаги, потому что из-за непрерывного применения техник звенья цепей раскалились, вжались в ткань и плоть, заставляя моментами оступаться и запрещая рукам слушаться.

Первый СерпАура отвела в плечо вместо шеи, второй срезал лоскут плаща и обжёг щёку.

Но я смог — достиг нужного сталактита!

Достиг и развернулся к врагу. Богомол был уже в нескольких шагах, огонь на обеих косах налился белизной — Зверь вот-вот должен бы прыгнуть.

А я видел… другое.

Взгляд внезапно выхватил то, как покров на сочленениях истончается, расходится вместе с пластинами панциря и снова смыкается при движении. Словно бы… настоящая граница.

Грань!

План тут же дополнился: пробить её, войти под защиту и оборвать правую косу. Но вспомнилась Орса, повредившая Главный филамент на третьей попытке. Разум предлагал учесть урок, но Богомол собирался отрезать этому разуму голову и тем самым закрыть спор.

Не знаю, как умудрился, но поймал совмещение всплесков-ритмов. А может, я сперва уловил момент синхронизации, и уже после этого безумные мысли возникли?..

Как бы то ни было, а Ядро Предела совершило оборот, Искажение сжалось перед выбросом, и на краткое мгновение оба потока почти совпали.

Я направил их в границу возле сустава правой косы:

— Разрыв!

Четыре руны вспыхнули раньше удара. Оковы вцепились во внешний импульс и потянули его к себе, Искажение успело войти в Главный филамент, Предел отстал. Вместо одного движения возникли два встречных, живая нить между Ядрами выгнулась и хлестнула по сердцу, а малые ответвления вмиг сжались.

Техника не состоялась, внутри что-то порвалось — кровь хлынула в горло, ноги исчезли из ощущений, Аура погасла, а Огненный серп уже летел навстречу. Я только и успел, что повернуться боком — пламя ударило в цепи на левой стороне тела, раскалило металл, сорвало повязки и бросило меня через весь зал.

Спина встретила сталагмит. Благо, что камень треснул немного раньше позвоночника, правое предплечье ударилось о грудь, кости под шиной окончательно сместились и замерли в новом положении. Времени проверять их не было: Богомол уже летел в прыжке, правая коса дёргалась — Разрыв как-то, но сработал, пусть почти и не нанеся урона Зверю.

Аура не отзывалась. Шаг исчез. Усиление отвечало судорогой и новым вкусом крови. Очень хороший итог обучения: три техники временно потеряны, четвёртая не появилась вовсе, а учитель уже поднимает косу для финальной оценки.

— Нет, — прохрипел я.

Не Богомолу и не боли.

Я хрипел самому себе.

Хрипел из-за того, что непослушное тело вознамерилось остаться лежать и безропотно дождаться конца. Хотя будь его воля, мы бы и вовсе откинулись много раньше — ещё даже до прорыва на двадцатый, а потому права голоса никто давать ему не собирался.

Я рванул горячую цепь с голени, сдирая ткань и кожу, подтягивая колено к голове.

Коса обрушилась сверху!

Два слоя звеньев на приняли лезвие, что-то лопнуло и край косы прошёл дальше, нещадно распарывая бок. Рёбра остановили его, доказав, что иногда и от сломанных костей бывает прок.

Богомол дёрнул лапу назад. Лопнувшее звено зацепилось за зазубрину и разрезало перепонку возле сустава. Из раны брызнула золотистая гемолимфа, вспыхивая на воздухе. Огонь побежал по косе к телу Зверя, а по цепи — ко мне. Миг растянулся в бесконечность. Обжигая пальцы, я сорвал намотку с предплечья и перекатился в сторону, стремясь оказаться как можно дальше от Зверя.