Зато я разглядел кое-что другое.

В другом конце зала, там, где мелькал посольский мундир, полыхал настоящий костёр. Тёмное пламя окутывало пруссака с головы до ног и растекалось от него по залу. Сам посол оказался у стены, в стороне от великого князя. Рядом держались несколько офицеров и секретарь; один отбивался от мёртвого лакея, другой пытался расчистить дорогу к выходу.

Так вот оно что!

То есть, церковники всё-таки были правы, и во главе заговора стояли пруссаки? А верховный некромант здесь, в Петербурге — прусский посол? Интересно… Хотел бы я знать, что скажет об этом Николай Павлович, женатый на Александре Фёдоровне, урождённой принцессе Шарлотте Прусской…

Впрочем, сейчас мне было не до дипломатического скандала, который разверзнется, едва всё это закончится. Сейчас я просто хотел остановить бойню.

Я бросился к послу.

— Может, ты хотя бы объяснишь мне, куда ты лезешь?! — донеслось сбоку.

Бергер снова оказался рядом, хотя я был уверен, что толпа отрезала его окончательно. Граф уворачивался от рук мёртвого офицера, одновременно пытаясь не наступить на лежащую женщину.

— Пытаюсь добраться до некроманта!

Бергер срубил покойнику ухо, пропустил его мимо себя и вонзил шпагу в затылок.

— Ну разумеется! А я уже испугался, что ты задумал какую-нибудь глупость! Стоп… Что???

Кажется, до него только сейчас дошёл смысл моих слов. Но мне стало не до объяснений. На нас навалились сразу трое. Я рубанул первого саблей, Бергер принял второго на клинок, третий вцепился мне в рукав. Я испуганно отдёрнул руку, так, что затрещала ткань. Фух, вроде не укусил! Я ударил мертвяка эфесом, вырвался и всадил мизерикордию твари под челюсть.

Из бокового прохода хлынула новая толпа. Живые или мёртвые — я уже даже и не понимал. Они врезались между нами, оттеснив Бергера к стене. На этот раз пробиться обратно он уже не мог.

— Давай! — крикнул граф, пятясь под натиском. — Я здесь разберусь!

Хотелось сказать, что я ничуть в этом не сомневаюсь, но меня уже унесло дальше.

Между мной и послом оставалось шагов двадцать. Сейчас эти двадцать шагов стоили целой версты. Пришлось протискиваться между столами, перепрыгивать через лежащих людей и расталкивать тех, кто пытался бежать навстречу. Слева полез мертвец с рассечённой щекой. Я рубанул его по руке, отпихнул в сторону и побежал дальше.

Неожиданно мой взгляд выхватил в толпе знакомую фигуру. Господин в коричневом фраке. Тот, что уже попадался мне на глаза несколько раз за сегодня. Он тоже пробирался к послу, но держался странно спокойно. Не отбивался, не оглядывался, не уклонялся от мертвецов. Один из них прошёл совсем рядом, задел его плечом и даже не повернул головы.

Я невольно замедлился. Это и был тот самый агент церковников, от которого я должен отвлекать внимание?

Скорее всего, так и было. Ну, слава богу. У него явно больше шансов добраться до посла раньше и остановить это.

Человек в коричневом почувствовал мой взгляд, обернулся, наши взгляды встретились, и я замер, будто громом поражённый.

В его глазах полыхала Тьма.

Мне в лицо ударил жар. Я споткнулся и едва не налетел на колонну. Зал исчез за красной пеленой, тело продрало болью, будто с меня одним движением содрали кожу. Сабля выскользнула из вспотевшей ладони, но я успел перехватить рукоять, и инстинктивно, на голом упрямстве, ударил в ответ Даром. Прямо по человеку в коричневом.

Кажется, такого он не ожидал. Покачнувшись, он замер, ловя равновесие, а я будто прозрел. Морок рассеялся, и сейчас я видел всё происходящее в зале так же ясно, как шишки на сосне за окном моей спальни на Псковщине.

Вот только видел я не глазами.

Внутренний взор наконец-то смог отследить, куда тянулись нити. И тянулись они вовсе не к послу, что продолжал полыхать костром у стены.

Нити тянулись от человека в коричневом. Ничем не примечательного человека, от которого я должен был отвлекать внимание и на которого церковники возлагали такие надежды…

Ах ты ж сволочь!

Кажется, по моему лицу он понял, что я обо всём догадался — и начал действовать. Рука человека в коричневом метнулась под фрак, а через мгновение в ней появился пистолет.

Посол ничего не замечал. Прусский офицер только что свалил мертвеца и нагнулся к раненому товарищу, секретарь смотрел в другую сторону. Человек в коричневом вскинул оружие…

Я побежал.

На пути оказался длинный стол, и обходить его было некогда. Одним прыжком вскочив на столешницу, я ринулся по столу вперёд, наступил на серебряное блюдо и едва не растянулся среди блюд. Подошва поехала, пришлось взмахнуть руками, снося целую пирамиду бокалов…

Ну конечно. Именно так и должен выглядеть человек, спасающий международные отношения!

Стрелок взвёл курок.

Я оттолкнулся обеими ногами и прыгнул.

Где-то подо мной мелькнули оскаленные мертвяцкие рожи и испуганные лица придворных, я врезался плечом в человека в коричневом, и в тот же миг над ухом грянул выстрел. Мы рухнули на паркет, заскользили по нему. Удар вышиб из груди воздух, пистолет отлетел в сторону. Человек в коричневом оказался подо мной, но почти сразу перевернулся и с неожиданной силой отбросил меня.