— Я в этом не участвую, — произнёс он глухо. — Мы уже один раз пытались действовать по твоему плану. И я потерял людей. Я не собираюсь терять их снова ради какой-то авантюры. Лучше отдать деревню Легиону и забыть об этом, чем сдохнуть за кусок никому не нужной земли. К тому же после подобного, я гарантирую, мы попадём в чёрный список клана. А также в чёрные списки всех его союзников. Любой, кто захочет выслужиться перед ними, почтёт за честь слить нас. Тут можно доиграться до того, что придётся менять персонажа, а я этого делать не хочу. Давайте сделаем так — подарим деревню Легиону, а взамен всем кланом попросимся в его состав. Им сейчас люди нужны, они согласятся.

Гном обвёл взглядом присутствующих.

— Прочь, — холодно бросила Алина, не поднимая взгляда.

Ковальски помедлил секунду, затем развернулся и вышел.

— Кто-то ещё думает так, как Ковальски? Если да — уходите. И можете сразу покидать состав клана.

Алина в глубине души надеялась, что никто не пойдёт. Но…

Десяток секунд спустя потянулись остальные: Эйлар со своей группой, ещё один командир, несколько одиночек. Их позвали на совет по причине достаточно высокого уровня и личной силы. Ушли почти все. В кабинете остались только Рейнар и командир одной группы — человек-воин по имени Гуннар, двадцать пятого уровня, в тяжёлой броне. Также в клане формально числились ещё около десятка игроков-одиночек с уровнями в диапазоне от десятого до двадцатого, которых на совещание не пригласили. В их лояльности Алина тоже сильно сомневалась. Вряд ли они станут терпеть лишения и рисковать персонажами ради её клана.

— Полный бред, — донёсся из коридора чей-то голос. — Ссориться с Легионом из-за какой-то дыры в земле. Пусть забирают эту чёртову деревню. Ковальски прав на все сто. В конце концов, можно просто присоединиться к ним как отряд. Хоть какая-то польза.

У Алины внутри пробежал холодок. Только сейчас до неё дошло.

Присоединиться к Легиону. Конечно. Сейчас они выйдут из клана, отправятся прямиком в лагерь врага и всё расскажут. Про союзника в подземелье, про готовящуюся атаку, про то, что здесь вообще что-то затевается. И тогда шанс будет упущен. Навсегда. Конечно, дела клана рассказывать никому нельзя — об этом подписывается юридический договор о неразглашении. Алина скачала из интернета типовой и давала на электронную подпись всем вступающим игрокам. Вот только у неё, в отличие от Легиона, не было денег на дорогого адвоката, чтобы отстаивать свои интересы в судах. Поэтому был высок риск, что игроки нарушат договор и информация всё же просочится.

— Действовать надо в ближайшее время, — произнесла она, поворачиваясь к оставшимся бойцам. — Вы со мной?

— Да, — коротко махнул головой Рейнар и замолчал.

— Я с самого основания клана тут. Давай уж закончим вместе, — хмуро произнёс Гуннар.

— Расклад поменялся. Нас слишком мало. Поэтому помощь твоих друзей из подземелья необходима. Они точно смогут? — Рейнар нервно колотил пальцем по столу.

— Да, — подтвердила Алина, не уверенная в собственных словах.

«Бублик, зайди ко мне. Нужно передать послание, срочно. Когда там у вас следующий заход в данж?» — позвала она в клановом чате игрока, ставшего гонцом между ней и загадочным подземельем.

Я наблюдал за телами в очередной раз убитых Бублика и Хмыря. Их убили уже четвёртый раз подряд.

Опыта с каждым разом давали всё меньше и меньше — похоже, система чувствовала подвох и понимала, что идёт какой-то абуз. Но если опыт давать перестали, тела всё ещё оставались, и их можно было разделывать. Поэтому, несмотря на возражения игроков, я настаивал на том, чтобы игроки умирали, а не просто телепортировались. Расходники, нужные для апгрейда подземелья, на дороге не валяются. Правда, построить до получения нового уровня я ничего не мог — свободных слотов не осталось. Из-за грёбаных атак у меня был невероятно кривой билд развития подземелья с кучей бесполезных ловушек. В итоге по мере накопления ресурсов я всего лишь апгрейживал свои уже построенные кладбища и нанимал в новые слоты боевых скелетов, в тайне при этом мечтая о Кургане.

Зато теперь у меня столько бойцов, что даже когда я буду в рейде, подземелье не останется без охраны.

Клан Клинков честно выполнял свои условия договора. Хотя я, откровенно сказать, сильно сомневался, что у них получится, когда заводил шестерых скелетов в Склеп Дальнего Пути. Был уверен, что если не в следующий вход, то через один точно Легион сможет прорваться в подземелье, оставшееся беззащитным, а я не смогу дать отпор. Но нет — хитрые Бублик и Хмырь раз за разом опережали врагов. А с каждым часом в подземелье появлялись новые бойцы, усиливая оборону.

Вообще, задумку Вайшрави я считал глупой. Рыпаться на такой сильный клан, пусть даже когда ему не до тебя, — плохая идея.

Но с другой стороны, клан Вайшрави дал мне достаточно много, чтобы я хотя бы попробовал. Ведь каждая моя успешная оборона против Легиона шла по самой кромке, и то только благодаря помощи её клана. Поэтому кинуть их, не ответив на просьбу, я не мог. К тому же лично я вообще ничего не терял. Ну, не считая того, что всегда существовал риск прорыва в оставшееся без защиты подземелье, когда большая часть боеспособных и снаряжённых скелетов находится в Склепе Дальнего Пути, но этот вопрос, повторюсь, клан Вайшрави успешно решал.

Перед последней смертью Бублик и Хмырь ещё раз сообщили, что всё подтверждается. Единственное — численность клана сильно упала, и теперь расклад сил был не в нашу пользу. Сильно не в нашу.

Ну что… Надеемся на удачу.

Время подготовки группы истекло, и мы оказались снаружи. Я вновь стоял за пределами осточертевшего подземелья во втором в своей жизни рейде.

Мы осмотрелись.

Перед входом было пусто. Ни души. Только серое небо над головой, чёрные стволы мёртвых деревьев и давящая тишина, нарушаемая лишь свистом ветра в голых ветвях. Я повёл костяными плечами, привыкая к телу лучника, проверил натяжение тетивы и двинулся вперёд.