— Блин, точно, — потерла я виски, понимая, что совсем об этом в круговороте проблем позабыла.

— Я бы на твоем месте поторопилась его сбагрить с рук, — кивнула Женька.

— Да кто его купит? — скривилась я.

— А что некому, думаешь? Ну, село ведь не вымирает. Если сейчас объявление сделаешь, то, глядишь, до холодов кто-то и заберет. Надо посмотреть в интернете, за сколько в Крутинке такие домики продают, и выставить на треть дешевле, пока еще есть, что продавать. Все равно ты после своего круглого института в эту глухомань возвращаться же не будешь, верно?

— Верно, — кивнула я.

— И деньги на благоустройство не трать больше, Настюха. Ты на фиг вообще новый забор себе поставила? И решетки на окна? И дверь сменила? И на какие вообще шиши?

— Это еще отец при жизни заказал и оплатил, — выдала я заранее заготовленную удобоваримую ложь. Рассказывать о том, что это прихвостни Панарина по его приказу обо мне тут пеклись, я не собиралась. Да и смысл?

Но уже на следующий день полезла шерстить сайты недвижимости, прикидывая, за сколько можно избавиться от дома. А когда примерно приценилась, то закусила губу и открыла свое банковское приложение, где вот уже неделю на моем счете лежала сумма, что мне перевел мой насильник за поруганную гордость и украденную девственность.

Это были огромные деньги. Нереальные. Выбивающие почву из-под ног.

Но разве можно этими нулями измерить ту боль, что мне причинили, и мои сломанные мечты?

Нет...

Но с чего-то же надо было начинать. Да и я назло трамваю ходить пешком не собиралась. Хватит! Мной напользовались. Теперь пришла моя очередь.

Я опубликовала объявление о продаже дома. И на заборе мелом вывела соответствующую надпись. Теть Зина расплакалась от того, когда ее увидела. А затем кивнула мне и сказала, что все правильно. Она до сих пор упорно делала вид, что ничего такого не накуролесила, и мы все еще старые, добрые соседи.

Но время шло, а покупателей не было. Неделя. Две. Три. Дни тянулись, как тягучая патока, обволакивая меня вязкой неопределенностью.

Разбавляли томительное ожидание лишь редкие поездки к врачу — той самой Юлии Алексеевне, которая в каждое мое посещение брала у меня кровь на анализ, измеряла давление и мягко улыбалась, хваля меня за то, что я исправно набираю вес и возвращаю лицу здоровый румянец.

— Как ситуация состоит со сном, Настя?

— Прекрасно, — кивнула я, — снова сплю, как слон по девять часов в сутки.

Упоминать, что первые две недели я еще дергалась в ожидании приезда Панарина, не стала. Было и прошло.

— Аппетит?

— Тоже приходит в норму, — отчиталась я.

— Витамины принимаете, которые я прописала?

— Конечно, а сверху еще шлифую малиной и земляникой. — усмехнулась я.

— И настроение, я смотрю, у вас прекрасное.

— Да. — прикрыла я веки, — я снова дышу.

— Что с циклом? Месячные так и не пришли?

— Пару дней назад была какая-то мазня, но почти сразу же прекратилась, — скривилась я.

— А живот не болит? Ничего не беспокоит? — поджимала губы доктор, что-то фиксируя у меня в карте.

— Нет, — пожала я плечами.

— Хорошо. Как я уже говорила, цикл на фоне длительного стресса и истощения может сбиться — это нормально. Не паникуйте. Главное, что вы уверенно идете на поправку и ваши анализы в порядке. Гемоглобин растет, сахар в норме. Я клиники не наблюдаю, а значит, совсем скоро можно будет облегченно выдохнуть и сказать, что вы справились с этим непростым испытанием.

— Да...

— Тогда на сегодня все. Настя. Встретимся через неделю.

Спустя месяц я вернула себе прежний вес. А еще наконец-то убедилась в том, что чудовище по имени Сергей Панарин на самом деле осталось в прошлом. Он не звонил. Не писал. И, слава тебе господи, не приезжал. И даже его адские гончие более не сидели у меня на хвосте. Лишь раз в неделю меня, то Петр, то Федр возили к врачу. Но на том все.

А затем, уже в конце июля мой телефон вдруг разразился звонком с незнакомого номера. Настойчиво. И я приняла вызов, а затем услышала на том конце провода деловой женский голос:

— Анастасия?

— Да.

— Здравствуйте! Подскажите, вы еще дом продаете?

— Продаю, — потянула я.

— О, как здорово! А посмотреть его, когда можно?

— Да, хоть сейчас.

— Супер! Мы из соседней деревни, из Калачиков. Минут через тридцать можем уже быть у вас. Это нормально?

— Конечно.

— Тогда до встречи...

А еще спустя всего час я услышала долгожданное:

— Берем!

Настя

Мой домик приглянулся молодой семье с двумя ребятишками. Он — крепкий и плечистый тракторист. Она — тихая и улыбчивая учительница начальных классов. Такие милые и простые люди. Они так радовались, что наконец-то сумели найти что-то по своему бюджету и рядом с престарелыми родителями, которым еще требовалась помощь по хозяйству.