— Хорошо.

— А ты где?

— В самолете вот сижу, — кивнула я дородной женщине, которая опустилась в соседнее кресло.

— Круто! Я ужас, как по тебе соскучилась!

— Я тоже, — улыбнулась я и прикрыла веки, слушая, как Арямкина нарезает планы на вечер и нашу скорую встречу.

— В клуб пойдем, Тася! Костями всю ночь будем трясти. И обязательно встретим самых крутых во всей Москве парней: красивых, здоровенных, офигенных! Да? Ну, конечно, да! А когда еще веселиться, если не в молодости? Но сначала ты мне лично и в мельчайших подробностях расскажешь, как так вышло, что ты внезапно уехала в свою сибирскую Тмуторакань.

— Я же уже рассказывала, — вздохнула я, — папа же умер, Кать.

— Блин, — потянула подруга, — а я все надеялась, что там какая-нибудь романтическая история зарыта про твоего того навороченного высокорангового «папика» и его к тебе невероятную любовь.

— Он в прошлом. Пусть там и остается.

— Давно в прошлом?

— Давно, Катя, — прикусила я губу и скрестила пальцы на руках, умоляя небо никогда более не пересекать меня на жизненном пути с Сергеем Панариным.

Хватит! Отмучилась!

— Ну, да..., — потянула Арямкина, — таких мужиков надолго одних оставлять нельзя. А ты, считай, на три месяца в свое село умотала. Ему уже, поди, давно новая фаворита греет задом простыни.

Аллилуйя!

— Мое им благословение, — облегченно выдохнула я, а затем резко сменила тему, предпочитая более никогда не говорить про мужчину, который ничего, кроме изжоги, у меня не вызвал.

Мы еще с минут пять поболтали с подругой обо всем на свете и одновременно ни о чем, а затем отключились, так как самолет начал руление в сторону взлетной полосы.

Спустя три с половиной часа борт приземлился в аэропорту «Шереметьево».

А еще спустя тридцать минут, получив багаж, я вышла на улицу и под завязку накачала легкие московским воздухом. И кивнула сама себе, ощущая внутреннее умиротворение.

Так пахла новая жизнь.

И свобода!

Настя

До студенческого городка путь мне предстоял неблизкий, да еще и с пересадкой. Но это все же было в разы дешевле, чем добираться на такси, а деньгами я сорить не привыкла. Так что, потопала я на аэроэкспресс, а там уж на Филях я перепрыгнула на метро и уже через пару станций была почти дома.

Родная общага встретила меня запахом свежей краски и штукатурки.

На крыльце топтались знакомые девчонки. Одна из них тут же меня одернула удивленно, но радостно.

— О, Куклина, офигеть! Это реально ты?

— Я, — улыбнулась я осторожно.

— Просто не ожидала тебя увидеть.

— Почему?

— Ну, я думала, что ты вместе с Харитоновым по этапу пошла. Прости, но ты ведь пропала внезапно, и тут всякие сплетни ходили.

— Я досрочно сетку закрыла и к себе уехала, — пожала я плечами, прислушиваясь к внутренним ощущениям. Ничего! Ни один нерв не дрогнул при упоминании бывшего парня.

Я лишь почему-то отстранённо подумала, что в этом мире за все приходится платить. Вот и Макс за новую машинку и брендовые шмотки рассчитался своей свободой. А мог бы просто столько же лет отработать честно, а не сидеть, и было бы то же самое на выходе.

Ну и минус мое разбитое сердце.

Честно ли жизнь нас рассудила? По мне, так более чем.

Я поднялась на нужный этаж и побрела к своей комнате. Где-то в конце коридора на всю катушку гремела музыка: что-то на непереводимом московском тягучем, жёваном и убогом, будто бы во всей столице в период роста этих, так называемых, музыкантов не было в наличии ни одного логопеда. Я покачала головой и хмыкнула.

А затем выдохнула, когда наконец-то добралась до нужной двери. Толкнула её и ввалилась в комнату, где на узкой койке размешалась Арямина, поедая мармеладных червяков и треща с кем-то по телефону. Но, увидев меня, взвизгнула, быстро свернула разговор и кинулась ко мне обниматься.

Чуть не придушила меня на радостях.

А через пару секунд болезненно скривилась.

— Что с тобой? — нахмурилась я.

— С клубом отбой, Тась. У меня пришли красные дни календаря. Я вкинулась уже двумя таблетками обезбола, но все без толку. Меня просто размотало не по-детски.

— Бедняга, — прикусила я губу и с жалостью глянула на подругу.

— Я тебя подвела.

— Да, брось.

— Предлагаю устроить пижамную вечеринку и перемыть как следует всем косточки. Что думаешь? — подмигнула мне Арямина, а я кивнула.

— Думаю, что это отличный план. Намного лучше, чем клуб, в который я и идти-то не хотела. Тем более после долгой дороги, — честно высказалась я, как есть.

— Согласна. Я сама после поезда, как вяленая селедка. Ладно! — хлопнула в ладоши Катька. — Ты голодная?