Не зная, что делать дальше, Курнет не смог удержать Орду от раскола. Фракция развалилась на три лагеря. Первым, кто послал орка с металлической рукой подальше, ожидаемо оказался Гуль'кар. Его наглость и неповиновение быстро посеяли хаос среди остальных бойзов.

Давиду перемены дались не легче. Курнет даже отдаленно не был похож на тень Канана, и для амбициозного гретчина подчиняться ему стало невыносимо. Давид и сам не понял, как это произошло, но чем сильнее в нем росло желание бросить вызов временному лидеру, тем больше ярости закипало в его крови. Его кожа сменила цвет на ярко-красный, а физическая сила взлетела до абсурдных показателей. Он возглавил полномасштабное восстание гретчинов.

Красный гретчин. Это был миф, о котором не слышали даже самые древние орки. Только присутствующие эльдары хоть что-то знали об этом феномене, да и Канан помнил лишь обрывки из имперских архивов. Гретчин, который отказывается следовать за вожаком и восстает из грязи, чтобы повести своих сородичей в безжалостную битву за превосходство над бывшими хозяевами. История, достойная эпоса. Впрочем, для самих орков вывод был гораздо проще: Давид теперь красный, а значит — он стал круче. Конец логической цепочки.

Но обещания новой войны не заставили себя ждать. Уже на следующее утро орки были готовы к выступлению. Скорость их мобилизации была настолько абсурдной, что эльдары сочли это физически невозможным. Но никогда не недооценивайте орка, почуявшего хорошую драку. И всё же одного зеленокожего нигде не было видно.

Солнце только-только показалось над горизонтом. Канан шел по зеленым равнинам, укрывшим то самое поле боя, которое Атен III никогда не забудет. В нескольких километрах всё еще виднелось человеческое поселение — оно чудом уцелело, поскольку орки свято чтили приказ Каудильо не разрушать его. Да и пара-тройка стычек с юдишками всегда полезна для поддержания тонуса. Однако Канан шел в противоположную сторону. Строго на юг.

Его шаги привели его к удивительно спокойному месту. Зеленая трава, яркое утреннее солнце. Место, ставшее священным для зеленокожих, место, хранящее память о самых грандиозных дуэлях, которые они когда-либо видели. И прямо в центре этого умиротворения спиной к нему стоял огромный орк. Он смотрел на горизонт, а рядом с ним возвышалось нечто весьма специфическое.

— Смотрю, у тебя появился новый друг, — произнес Канан.

— Мой зеленокожий лорд… Не ждал тя тута, — глухо отозвался Курнет.

Канан никогда не считал Курнета сложной личностью. Орк был прямым как рельса, но, возможно, семь лет одиночества и груза ответственности что-то изменили в его голове. Огромный орк повернулся к своему повелителю. А прямо за его спиной ржавели останки уничтоженного Дредноута. Дредноута Черных Храмовников.

Канан не проронил ни слова. Он просто прошел мимо и сел на траву рядом с орком, оставив искореженный металл по другую сторону. Было жутко и одновременно завораживающе видеть, как ненасытная природа, порожденная орочьими спорами, пытается поглотить куски металла, оплетая их бесконечной сетью корней. Но даже сквозь эти заросли угадывалась суровая мощь машины, которой этот Дредноут когда-то был.

— Старый друг? — спросил Канан, нарушая тишину.

— Вроде того… Но он был крутым воякой… Семь лет моя не чувствовал такого азарта, как тада, когда мы с ним махались.

— Многое произошло… И мы потеряли уйму времени. Но теперь мы готовы начать всё заново.

— Как в старые добрые?

Канан не выдержал и хрипло рассмеялся. Смеяться в такой меланхоличной и сюрреалистичной обстановке было странно… Но он знал, что с этого момента всё станет только сложнее.

— Да, мой друг… Как в старые добрые.

Однако время шло не только для тех, кто остался на Атен III. Галактика претерпела колоссальные изменения, и миллионы душ вернулись в бесконечный цикл жизни и смерти.

Сейчас, наслаждаясь мимолетной передышкой, флот Второго Легиона позволил себе роскошь перевести дух после семи долгих лет непрерывной войны. Кампания в Нексусе Пария была жестокой и кровавой, но человечеству всё же удалось выстоять под натиском бесчисленных армий некронов. Справедливости ради стоит отметить, что главной причиной их победы стала разгоревшаяся гражданская война между Имотехом Повелителем Бурь и Безмолвным Царем. Но это нюанс, о котором в Империуме Человечества никто не знал.

Впрочем, победа есть победа. Мотивы и стечения обстоятельств — лишь гири, склоняющие чашу весов в сторону победителя. В конце концов, даже банальная удача — это тоже навык великого генерала.

Томоэ, примарх Второго Легиона, шла по коридорам своего флагмана — боевой баржи «Месть Крови». После бесконечных политических дрязг и гор просмотренных отчетов она наконец-то могла позволить себе просто спокойно пройтись там, где сновали лишь сервиторы и её самые преданные люди. Сбросив тяжелую силовую броню и груз военного командования, сейчас она была просто внушительной женщиной ростом два с половиной метра. Но она никак не ожидала наткнуться на кого-то здесь.